ПОСТАРЕВШИЙ ЗНАКОМЫЙ

Театр и клуб «Мастерская» показал на своей маленькой уютной сцене совсем неуютную пьесу С. Носова «Табу. Актер!». Почему неуютную? Потому что многослойную и задевающую каждого, кто ее смотрит.

  Что особенно хочется отметить в постановке Карена Нерсисяна «Табу. Актер!»: коллектив, работающий на спектакле – профессионалы и просто молодцы. Учитывая, что постановка – это моноспектакль и от света, декораций и музыки зависит его интенсивность, можно смело говорить, что задача была выполнена на сто процентов. Свет зажигался, гас, «затемнялся», в целом, играл, тогда когда нужно и интенсивно настолько, насколько нужно. Художник по свету Сергей Васильев сделал свет полноценным действующим лицом спектакля, а сценограф Лариса Ломакина создала пространство, передающее основные мысли спектакля. Использованная музыка Паскаля Камелада отражала всю грусть и горечь спектакля, даже если порой она была с претензией на веселость.

  Поначалу показалось, что история о сумасшедшем, которому дали самую простую работу – включать и выключать пожарную сигнализацию в театре, дабы он не остался совсем за бортом жизни. Бегающие глаза актера (Арсений Ковальский), нервное потирание лысины и неровные движения создавали впечатление не совсем уравновешенного человека. Будто ему поставили диагноз не совсем здорового человека, но не опасного для общества и какой-нибудь профсоюз для не совсем умалишенных подобрал ему тихую одинокую профессию пожарного в театре.

  Но после понимаешь, что дело тут гораздо глубже и серьезнее. История повествует нам о Буратино, который повзрослел. Чудо природы, ожившее из дерева, гениальный мальчик, подававший огромные надежды, не оправдал их. Сам герой говорит «…Меня любили все! …И сейчас любят…!» И это «…И сейчас любят…!» добавляет горькой грусти, потому что понятно всем, что уже никто его не любит и не помнит. Он никому не нужен. Когда-то давно он подавал большие надежды, и все ждали, когда же произойдет чудо, и он ждал. Но чуда не произошло. И перед ним встал выбор: стать обычным и жить как все или продолжать подавать надежды. Он выбрал первое, потому что, как вы помните, Буратино – персонаж честный.

  И его коллекция колобашек, с которой он ездил по всей стране, тоже стала никому не нужна. И он ее сжег на заднем дворе, несмотря на то, что боится огня и столярных инструментов. Его общество теперь – деревянные куклы, которых он сам вырезал, с которыми разговаривает, и которых просит, чтобы они ожили «Ну что вам, сложно что-ли?!» Но они не оживают. И, похоже, он и сам уже забыл, что был когда-то деревом, ему лишь снятся сны, что он большое дерево, и ветви его качаются на ветру. Его просят написать мемуары о Карабасе-Барабасе, портрет которого весит в фойе театра. А он не понимает зачем?..

  Тема страны, старшего поколения, прошлой хорошей жизни в Советском Союзе, где все были счастливы и дружны, наложена на все повествование. Герой сетует о том, что это время ушло, а на замену ему не пришло ничего. Он задается вопросом, почему тогда было хорошо, и все знали «Что хорошо, а что плохо», а теперь и не поймешь. Он с ностальгией вспоминает прошедшее время, и даже Карабас-Барабас ему уже не кажется таким страшным. Хотя он и олицетворяет все портреты бородатых и жестоких политических деятелей нашей страны, чьи мотивы и жестокость были никому не ясны. А теперь, кажется, что и он делал что-то важное и помогал хорошему себя реализовать и оттенить на фоне плохого. Может, и куклы его не оживают, потому что то время, когда оживали деревянные куклы, тоже прошло. Он пытается усадить их в человеческие, естественные позы. Сажает одну куклу на горшок (можно только догадываться, что это символизирует), но поднимая ее, видит, что результата нет. Раздает им ириски «Золотой ключик», но они не берут их. И он хватается за свой обломанный нос, как за обрывки прошлого. А нос ему обломали «Потому что, чтобы стать человеком, тебе должны обломать нос».

  Тема отца, которого он хочет вырубить из дерева, как тот сделал с ним, жизнь без матери скорее отражают внутренний мир и судьбу самого Носова. Как и тема любви и побег жены в Канаду с клоуном. Он сетует, что Мальвина сбежала с клоуном (Арлекино) и что самое ужасное перекрасила свои прекрасные волосы в «…ужасный рыжий цвет». И одна единственная кукла-девочка с рыжими волосами всегда от него отворачивается. А он просит, чтобы она взглянула на него, но и это утеряно безвозвратно.

  Спектакль заставляет грустить, да и улыбаться тоже грустно. Тоска по прошлому и безвозвратному сквозит в каждой сцене. Тонкая и глубокая пьеса заставляет зрителя задуматься, может, даже переоценить происходящее вокруг. Но чувства чего-то захватывающего не возникает. И уходишь лишь загруженный мыслями обо всех упущенных возможностях. Не было одного из главных моментов, когда табуретка оживает. А он ведь разгадал ее секрет «Табу-Актер», если вторую часть прочитать наоборот, то получится «Табу-Ретка». И это так и не ожившее состояние вызывает чувство обреченности. Неужели не наступит того времени, когда снова возможно будет счастливо жить, и все вокруг будет светлым, и мы будем отличать хорошее от плохого. И герой сжигает одну спичку до основания в конце, возможно, как символ еще одной сгоревшей безвозвратно несчастной судьбы.

 

Повзрослевшего Буратино наблюдал Александр Чигров
Фотографии Сергея Тупталова

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

%d такие блоггеры, как: