«Барокко» итал. barocco, букв. — «вычурный».  Как гласит Википедия: «В каждом историческом периоде развития искусства исследователи культуры видят своё «барокко» — пик творческого подъёма, концентрации эмоций, напряжения форм».

Автор спектакля, а также пьесы, декораций и костюмов — Кирилл Серебренников – представляет публике своё видение эмоций и пика творческого подъёма. Осуществили его замысел — режиссёр Евгений Кулагин, хореограф Иван Естегнеев, артисты Гоголь-центра и приглашённые оперные певцы.

Знаменитые произведения эпохи барокко: Генделя, Монтеверди, Перселла, Рамо, Люлли, Вивальди, Баха и других композиторов, — звучат как в классическом исполнении, так и в аранжировке Дмитрия Высоцкого, Дмитрия Жука, Дмитрия Меженина, Даниила Орлова, Александра Полякова в стиле джаз, рэп и рок, чередуются с текстами философов, художников и общественных деятелей XX века. И всё это – под аккомпанемент настоящего оркестра.

Неподготовленному зрителю весьма непросто истолковать задумки автора. Для ясности перед началом спектакля драматург Валерий Печейкин читает лекцию, которая сопровождается видеорядом и расшифровывает отсылки и метафоры, присутствующие в постановке. Речь идёт об отдельных героях спектакля: Энди Уорхоле, Валери Соланс, Пауле Витгенштейне, Яне Палахе и Геннадии Шпаликове. «Барокко» как картина из пазлов собирается из отдельных кусочков неправильной формы, пронизанных аллюзиями и символическими сценами.

Исторический фрагмент, в котором Энди Уорхол, чей образ — водолазка, платиновая копна волос и чёрная кожаная куртка — не спутаешь ни с чьим другим, ест банан (отсылка к знаменитой обложке The Velvet Underground, которую он сам и разработал) — множится на сцене в семи вариантах. Как и его картины, похожие на первый взгляд, но отличные при детальном рассмотрении, версии Энди ведут себя по-разному — сидя, стоя, совершая какие-либо действия, они рассредоточиваются по залу под живое исполнение арии из оперы «Дардан» Жана-Филиппа Рамо. Тем временем радикальная феминистка Валери Соланс в исполнении Надежды Павловой наставляет на одну из них пистолет и совершает роковой выстрел. Она поёт чудесным сопрано арию Артемиды – богини охоты и Луны, покровительницы молодых девушек, получившей от отца привилегию самостоятельно делать свой выбор. Столкновение классики XVII века и века ХХ, даёт концентрацию эмоций и сопряжение форм.

Противостояния и акции бывают разными, и вот уже 20-летний Ян Палах переносит зрителей в 1969 год и совершает самосожжение на Вацлавской площади в знак протеста против оккупации Чехословакии. А скорбные монологи матерей пражских студентов-мучеников сопровождаются звучанием прекрасного голоса, исполняющего арию Иродиады, в которой присутствует и протест, и трагедия.

Ещё один кусочек пазла и одна из ярких сцен спектакля – пианист (Даниил Орлов), прикованный правой рукой к омоновцу, исполняет концерт Баха в переложении Брамса для левой руки. Австрийскому музыканту Паулю Витгенштейну ампутировали правую руку во время Второй Мировой войны, но это не помешало ему продолжить карьеру.

Ещё один пазл, ещё один человек-барокко, бесстрашно идущая без страховки по подвешенному с уклоном брусу Жанна д’ Арк (Мария Лапшина), своими белыми одеждами и желанием умереть за людей, ассоциирующаяся с Иисусом Христом.

Отдельно выделяется комический выход в середине спектакля Никиты Кукушкина. Его лицо покрыто краской и увешано жемчугом и украшениями, а вместо бровей – дуги цветных каменьев. Он поёт «Пассакалию о жизни» / «Нужно умереть» Стефано Ланди («а, может, и не Ланди», – уточняет персонаж Кукушкина). Бодрая песня о том, что мы все умрём, исполняется на нескольких языках, при этом актёр перемещается по зрительному залу, отпуская шуточки и развлекая зрителей в духе традиционного балагана. Тут и кража кошелька, и традиционное глотание шпаги, присутствует и неожиданное заигрывание со зрительным залом: вычурная угроза бутафорским ножом растерявшемуся зрителю и попытка себя порезать.

Но эта часть представления была бы неполной, не затронь Кукушкин одну из серьезных тем. Он не протестовал, не агитировал, но между делом рассказал о благотворительном проекте «Помощь». В мобильном приложении каждый может выбрать нужную функцию и помочь пожилому человеку пожертвованием на осуществление конкретной потребности.

Весь спектакль представляет собой соединение страшных событий с прекрасным искусством. Происходящее на сцене соединяет противоположности, Барокко – искусство ожидания смерти и искусство жить даже после физической смерти. «Жизнь коротка, искусство вечно». Происходящее на сцене заставляет посмотреть на жизнь под углом, отличным от твоего собственного.

В одном из интервью, отвечая на вопрос о спектакле, режиссёр Кирилл Серебренников сказал: «Человек-барокко всегда одинок, как одинока жемчужина неправильной формы — ею нельзя ничего инкрустировать, она портит регулярность своей неправильностью, претендуя лишь на центр композиции».

Из исторических событий/пазлов, отражённых в спектакле, складывается общая история и зритель волен сложить свою картину мира, в соответствии с тем, что он готов увидеть и осмыслить. Важна лишь общая черта — «Барокко», та самая неправильная жемчужина-личность, выбивающаяся из серой массы, которая и делает историю.

Фотографии Иры Полярной, предоставлено пресс-службой

%d такие блоггеры, как: