КАБАРЕ – ЭТО ЖИЗНЬ, ДРУЖОК

Наталья Сажина

 

На фото — Юлия Чуракова в роли Салли Боулз

Знаменитый фильм «Кабаре» с Лайзой Минелли, бродвейский мюзикл, стиль Боба Фосса, роман «Прощай, Берлин», пьесу Джона Ван Друтена «Я – камера» — забудьте все это с третьим звонком на музыкальный спектакль Евгения Писарева «Кабаре» в Театре Наций. Любое сравнение ничего не добавит спектаклю, ведь перед вами –самостоятельная постановка этого мюзикла, а не лицензионная копия любой возможной категории.

«Кабаре» — спектакль о рушащемся мире. Веймарская республика дышит на ладан, страдает от мирового экономического кризиса и неудержимо меняется под влиянием набирающих власть нацистов. Художник спектакля Зиновий Марголин создает декорации, красноречиво иллюстрирующие это зыбкое состояние: над сценой застыли наклонившиеся здания, все вокруг накреняется и ломается.

Обитателей берлинского кабаре «Кит Кат» данный вопрос не очень заботит: каждый из них выживает, как может. Все на грани. У них даже одежды нормальной нет: всё «соблазняющее» одеяние этих девочек и мальчиков легкого поведения состоит из нижнего белья. Корсеты, подвязки, чулки – всё заношенное и выглядит донельзя дешево. Тёмные тени вокруг глаз, бледная кожа, алые губы – не лица, а маски. Внешность, данная им художником по костюмам Викторией Севрюковой, даже отталкивает. Ровно до момента, пока за всем гримом и гримасами не начинают проявляться человеческие лица. За каждым героем проступает его личная история. Они уже столько пережили, что для них любой ад — привычен. Объединяет одно – им нечего терять. И поэтому именно бордель становится местом, где можно спастись от гибнущего мира.

Спектакль начинает Конферансье МС (фантастическая актёрская работа Дениса Суханова). Заявлены правила – посетителями кабаре становятся зрители в зале. Именно к ним будут обращены пошлые шутки и нескромные вопросы. Звучит знаменитое Willkommen, и нам начинают активно рекламировать живой товар. Грубо, с неприкрытыми намёками. Не будет никакой раскачки и подготовки — Евгений Писарев сразу же окунает публику в этот, на первый взгляд, грязный и развратный, мирок берлинского кабаре.

На фото — сцена из спектакля

Только спустя какое-то время осознаёшь ход режиссёра: это была тонкая проверка. Если ты смог правильно воспринять эти первые минуты, то дальше всё пойдет так, как надо. Первое впечатление от персонажей, отторжение того, что тебе показывают, создаёт между публикой и действием некоторую эмоциональную дистанцию. Мы уже не просто следим за действием, смотрим на юношей и девушек, которые принимают откровенные позы, пошло шутят, а начинаем всерьёз задумываться над происходящим на сцене. Евгений Писарев мастерски претворяет в жизнь идею драматурга Бертольда Брехта: главная задача искусства «научить людей правильно мыслить».

…Кстати, это уже второй музыкальный спектакль в московском сезоне 2021 – 2022, в котором отчетливо звучат брехтовские мотивы. Первым был «Онегин» Алексея Франдетти в Театре на Таганке. Но если в нём была использована только форма (выход из образа, обращение в зал), то «Кабаре» перекликается еще и со смыслами пьес Брехта. Это вполне закономерно – в 1931 году (время действия «Кабаре») Бертольд Брехт не только создаёт пьесы и стихи, но и активно участвует в политической жизни Берлина. Возможно, реалии столицы 30-х годов, подобное кабаре и похожая на Салли Боулз певичка подсказали ему образ Шен Те, а берлинские девочки и мальчики — мир Мэкки-Ножа.

Словно для ещё большего отстранения все вокальные номера звучат в спектакле на языке оригинала – английском и немецком. Перевод для зрителей транслируется на два экрана по краям сцены. Но подобное режиссёрское решение ограничивает некоторых драматических актеров, назначенных на главные роли.  В отличие от них, артисты массовых сцен, все участники которого – артисты мюзикла, а значит, люди, привыкшие выстраивать персонажей не только от текста, но и от музыки, работают весьма слаженно, отчего на сцене появляется, по сути, коллективный, самостоятельный герой. В этом персонаже гармонично все: и игра, и вокал, и пластика (хореограф Дмитрий Масленников, режиссер по пластике — Альберт Альбертс). Ансамбль, этот сгусток энергии, дополненный харизмой Конферансье, становится основным движителем спектакля.

Постепенно смысловые акценты спектакля смещаются, и на сцене появляется уже другая пошлость. Не бесстыдная сексуальность, а пошлость разрушения и смерти. Когда грязным становится не то, что фройлян Кост (Ксения Лаврова-Глинка) водит к себе моряков, а то, что она, без зазрения совести, доносит на соседа-еврея. Пошлым и продажным становится не мир физический, а мир душевный. И потому отчаянные работники кабаре «Кит Кат» воспринимаются уже с большей симпатией, нежели чистенькие, выхолощенные мальчики, старательно выпевающие нацистское «Tomorrow belongs to me» (Завтра принадлежит мне).

На фото — Денис Суханов

Главная героиня, певица Салли Боулз (Юлия Чуракова) на жизнь вне стен кабаре особенного внимания не обращает. Её включение в этот рушащийся мир происходит благодаря американскому писателю, Клиффорду Брэдшоу (Сергей Кемпо). Пожалуй, эти двое сошлись из-за своего полного несовпадения друг с другом. И даже начав жить вместе, они остаются далекими друг от друга. Одна из лучших арий мюзикла – Maybe this time – не даёт даже небольшой надежды на счастливый финал, а лишь подчёркивает страстное желание Салли жить лучше, ухватить свой кусок счастья. Жившая до сей поры одним днем, и только сейчас начиная как-то осознавать реальный мир, она впервые задумывается о жизни в какой-то долгосрочной перспективе. Но трагедия Салли в том, что произошло это слишком поздно и в новом мире становится бессмысленным самое обычное — любить, заводить друзей, рожать детей, надеяться на будущее.

Главная ария (в русском переводе «Жизнь – это кабаре»), известная даже тем, кто не смотрел ни мюзикл, ни фильм, давно уже утратила свой первоначальный смысл. Воспринимается она исключительно как призыв «Праздник найди скорей», и даже строки о безвременно умершей проститутке Элси не лишают её какого-то чёрного юмора. В постановке Евгения Писарева «Cabaret» не эффектная выходная ария, а финал жизни, разрыв с мечтой. Ария очищена полностью от яркости, блесток и боа.  И в кои-то веки публика обращает внимание на дословный перевод. Салли хочет не «прожить», как Элси, а «уйти» как она. И это отчаянный крик о свободе. «У меня не получилось жить, как хотелось, дайте хотя бы умереть так, как я хочу!» Нет, она ещё поживет, это точно. Возможно, даже споёт что-то на обломках прежнего мира. Но только это будут не пошленькие куплеты, а драматичный брехтовский зонг. Героиня этого спектакля не сможет остаться прежней. Режиссура Евгения Писарева и игра Юлии Чураковой указывает именно такое направление.

На фото — Юлия Чуракова

Нельзя не упомянуть и об актуальности «Кабаре». Сейчас, когда политические темы как никогда остры, появился спектакль, который прекрасен тем, что при всей своей актуальности, он отзовётся и у тех, кто за, и у тех, кто против.

Напоследок – фрагмент стихотворения Бертольда Брехта «К потомкам».

А ведь при этом мы знали:
Ненависть к подлости
Тоже искажает черты.

Гнев против несправедливости
Тоже вызывает хрипоту. Увы,
Мы, готовившие почву для всеобщей приветливости,
Сами не могли быть приветливы.

Но вы, когда наступит такое время,
Что человек станет человеку другом,
Подумайте о нас
Снисходительно.

Фотографии Ивана Коряковского и Иры Полярной

 

Поделиться: