«PLAYING BETTIE BOW», КИП УИЛЬЯМС, СИДНЕЙСКАЯ ТЕАТРАЛЬНАЯ КОМПАНИЯ

Роман для детей «Playing Bettie Bow», написанный Руфь Пак (Ruth Park) в 1980 году, рассказывает  историю девочки Абигаль из района The Rocks и её волшебном путешествии в прошлое. Для сцены ее адаптировала актриса и драматург, активный борец за права женщин, Кейт Малвани (Keit Mulvany). 


Берега извилистого Сиднейского залива соединяет огромный Harbour bridge, неподалеку от которого стоит Сиднейская опера. The Rocks (буквально – «Скалы» или «Камни, булыжники» ) – небольшой уютный район у южной стороны моста, откуда недалеко до делового центра города. Сейчас здесь располагаются модные рестораны, атмосферные кафе и пабы, магазинчики, музеи, гостиницы и элитное жилье, а также главная танцевальная (Sydney Dance Company) и две самые крупные театральные компании  Сиднея. А полтора века назад это был бедный портовый район, где огромные склады-ангары и скромные дома первых эмигрантов окружали причалы для торговых судов. Атмосфера района поменялась, а пространство – нет: двухэтажные домики, прилепленные друг к другу; оранжево-коричневые высоченные каменные стены, сжимающие улицы; крутые лестницы со множеством пролётов, огромная арка в скале, над которой начинается мост, длинные здания бывших складов… Этих зданий несколько, они стоят параллельно друг другу, опираясь на сваи, и уходят далеко в воду. Компании STC принадлежит несколько помещений, и одно из них — деревянный ангар, укрепленный снаружи длинным брусом, с новыми огромными высокими окнами. Внутри него — офисы и два небольших уютных зала с амфитеатром кресел и глубокой сценой вровень с полом.

Небольшую сцену освещает старинный желтый фонарь. Основные цвета сценографии и костюмов – оттенки коричневого, желтого, тёмно-зелёного – коррелируют с гаммой The Rocks.  Декораций практически нет. Все предметы, необходимые для перемены места действия: стол, кровать, – переставляют сами актеры. На глазах зрителей они из нескольких деревянных рам и досок собирают то комнату (стол и кровать), то магазинчик (прилавок с вещами), то жилище коренного жителя (наружную лестницу и балкон), то улицу в порту.

Время в спектакле тоже меняется легко – зажигается мягкий свет старинного уличного фонаря, и героиня переносится на 150 лет назад. Поэтому первая сцена, где дети играют в «Бетти Боу» (заклинание-шутка, которая может отправить в прошлое), а мы знакомимся с Абигаль (Catherine Văn-Davies) и призраком Бэтти (Sofia Nolan) воспринимается как сон героини или некое полумистическое пространство, где прошлое встречается с настоящим.

Кип Уильямс переносит действие из 1980 года в наши дни, немного смещая акценты: усиливая темы феминизма и ущемления прав коренных жителей.  Так, например, когда Абигаль оказывается в прошлом, она встречает мужчину-прачку Джонни Уайтса (Гай Саймон), коренного жителя этих мест – здесь их называют «black» (синоним aboriginal). Его жена умерла, а его дочерей забрали в исправительный дом, потому что согласно законам позапрошлого века черный мужчина не может воспитывать своих детей. Абигаль сочувствует ему до слёз, но помочь никак не может.

Надо сказать, что в последние несколько лет в Австралии сильно движение в защиту коренных жителей. Например, в преддверии Дня Австралии прессу и соцсети накрывает волна протеста против празднования праздника, потому что этот день считают началом геноцида. Проходят протесты в защиту прав чернокожих жителей (Black Lives Matter). Во вступительном слове к каждому мероприятию или спектаклю отдают дань уважения народности, на чьей земле оно проходит. Идёт большая работа – и в театрах тоже – по возрождению языков и традиций.

Наши дни. За окном (рама, стоящая на полу) – кресло. Абигаль и ее мама (Lena Cruz) в старинной, как бы сейчас сказали, винтажной одежде, разбирают сундук. Полная противоположность им – бабушка Маргарет (Heather Mitchell), стильная, моложавая стройная женщина с короткой салонной прической. Она читает новостную ленту в телефоне, то и дело цитирует смешные мемы и язвительно комментирует содержимое сундука. Старинные вещи, вынимаемые из сундука, – способ заработка для семьи Абигаль. Здесь, среди хлама, порой, попадаются настоящие сокровища, например, кружевной воротник 19-ого века, который Абигаль прикрепляет на свое платье. Идиллия заканчивается скандалом, Абигаль убегает на улицу (актёры убирают раму и кресло, закрепляют столб; темнеет и теплеет освещение, зажигается фонарь).

Режиссер снова переносит нас в первую сцену, когда время будто застывает. Опять дети играют в «Бетти Боу», не обращая внимания на девочку в старомодном платье с кружевным воротником. На темной сцене, дети с фонариками в руках кружатся в хороводе, кажется, будто оживала цепочка огней. Незаметная поначалу мелодия становится громче, тревожней, и все больше напоминает звуки шаманских бубнов. Детское заклинание звучит быстрее, быстрее. Абигаль снова видит девочку, которая то манит её рукой, то с опаской приближается, пристально разглядывая, тянется  к ней, словно пытается дотронуться чтобы проверить, не призрак ли она. Абигаль делает шаг в ее сторону, и их закруживает хоровод. Огоньки гаснут, на минуту наступает полная темнота.

Так Абигаль оказывается в прошлом, в 1873 году. Проснувшись на простой деревянной кровати, она видит, что кроме Бетти (девочки, которую вызывали песенкой), она больше никого не знает.  Шотландские эмигранты (они говорят с сильным акцентом и слишком быстро) одеты по моде конца 19 века, главной в семье (как и у Абигаль) тоже является бабушка (и играет ее та же актриса).

Каждый из актеров точен и реалистичен в своей роли, не пытаясь ни драматизировать, ни упрощать персонажей. Абигаль — высокая, подвижная, упрямая, прямая и не капризная, романтичная и с большим сердцем. Бетти — чертенок в платье, лохматый зверек, умная, острая на язык, любопытная до всего, добрая, но ненавидит это показывать. Поначалу колючая и злая, она разговаривает с Абигаль короткими рваными фразами, но с каждым разом оттаивает, распрашивает о волшебной стране, которую видит в своих странных прогулках. Бетти не выносит школу, потому что там скучно, а ей хочется знать больше и больше (она читает алгебру, прячась под лодкой во время воскресной школы). По словам Малвани, связь времён, поколений через женщин-прорицательниц (Spaewife), которые могут передавать смертельно важную информацию или спасти одна другую в момент крайнего отчаяния — самое важное в этой истории.

Настоящее и прошлое в спектакле очень легко соседствуют, порой пересекаясь в каких-то моментах. Вот дети играют с полумистическую игру, которая сталкивает два времени и это дает возможность перемещаться во времени. Вот Абигаль ищет воротничок, узнав, что именно он и переместил ее в прошлое. Вот дети (Абигаль, Бетти и ее брат Джудо) отправляются к островам (на сцене собирается лодка) и рассказывают друг другу о том, что видят – Джудо (Rory O’Keeffe) о своем настоящем, а Абигаль о своем – и все становится как будто абсолютно реальным, а чуть позже, уже вернувшись в свое настоящее, Абигаль найдет вырезки о гибели корабля Джудо и сквозь время будет пытаться докричаться до его бабушки, чтобы рассказать обо всем.  
 
Этот спектакль напоминает мюзикл, где чувства рождаются быстро, сложности возникают мгновенно, и так же быстро решаются.  Первая любовь, дружба, потеря, боль, веселье — эпизоды сменяют друг друга, без суеты и хаоса собирая большую историю в The Rocks, месте силы, где город, стоящий на древней земле, столетиями сплетается с морем.

%d такие блоггеры, как: