НАТАЛЬЯ САЖИНА О ВАЛЕРИИ БЕЛЯКОВИЧЕ

Поймала себя на том, что очень сложно воспринимаю дневные спектакли. Не идут они, не растворяешься в них полностью. Одна и та же постановка, просмотренная в классические 19.00 и днем, часов в 13–14  – для меня два разных спектакля. Неважно – спектакль для взрослой или детской аудитории.

Попробовала связать это с тем, что я сова и основная активность начинается у меня во второй половине дня. Но нет – не сложилась картинка.
Еще пара минут размышлений – и вдруг все стало понятно. Театр все-таки искусство тайное, двойственное, связанное с постоянной трансформацией и метаморфорфозами. Конечно, в чем-то мистическое и потустороннее.

Пожалуй, во всей моей театроведческой жизни я знаю только один театр, который пробивал границу между мирами и обладал труппой, способной уходить в какое-то неведомое пространство, не покидая небольшой сцены, размещенной в подвале обычного жилого дома… К сожалению, все эти глаголы звучат в прошедшем времени по одной простой и необратимой причине: главный проводник в Иное ушел туда навсегда и уже не вернется…

…На этой неделе, 6 декабря, исполнилось три года со дня ухода актера, режиссера, основателя и художественного руководителя Московского Театра на Юго-Западе Валерия Романовича Беляковича.

Театр продолжается, так же разрывает связь между мирами. Пусть уже иначе, более резко и быстро, без силы и мощи Учителя, но следуя по указанному пути и развиваясь вопреки всему.

И благодаря этой верности в театр стоит возвращаться… Чтобы опять кружиться на балу с Маргаритой, замирать в паузе финала «Фотоаппаратов», и вспоминать голос Пигмалиона-Романыча, звучащий в «Куклах»…

%d такие блоггеры, как: