На Новой сцене театра им. М. Ермоловой играют «Безымянную звезду». Постановка одноименной пьесы Михаила Себастьяна – режиссерский дебют актрисы Вильмы Кутавичуте. Нынешний репертуарный спектакль вырос из внеплановой самостоятельной работы актеров; а еще ранее эту румынскую мелодраму сороковых годов задумывал поставить в Ермоловском актер театра Сергей Кемпо, сыгравший затем одну из главных ролей.

  Комедийная романтическая мелодрама до сих пор пользуется большим спросом в театрах; в нынешний сезон «Безымянную звезду» поставили также в «Табакерке». Отчасти пьеса напоминает более позднюю болгарскую драму «Оркестр «Титаник»» Христо Бойчева.

  Жители богом забытого маленького местечка приходят на железнодорожную станцию, в надежде увидеть чудесный экспресс, в котором проезжают люди из другого мира –  большого, дорогого, вкусно пахнущего духами и ресторанами. И однажды он останавливается. Вильма Кутавичуте сама играет ту прекрасную незнакомку, «инопланетянку», которая переворачивает устоявшийся уклад жизни скромного полустанка, неожиданно сойдя с поезда…

 Новая сцена театра с Андреевским залом очень маленькая, всего на три ряда. Так что  действие происходит на расстоянии вытянутой руки, а камешки, усыпавшие двор провинциального городка, летят под ноги зрителям.

  На сцене высится дощатый забор с покосившейся табличкой – такая вот «провинциальная планета», безымянный городок на окраине жизни. Почти такой же забор служил декорацией к тоже дебютному спектаклю «Четвероногая ворона» в МТЮЗе режиссера Павла Артемьева, однокурсника Вильмы Кутавичуте по ГИТИСовской мастерской Леонида Хейфеца. Этот спектакль вспоминается не случайно – с ним у «Безымянной звезды» Кутавичуте много перекличек. И гротесковый вектор, и скрытая комедийность,  и способ актерского существования, выходящий за пределы психологического проживания роли в сторону нового театра, где актер «не персонаж, а обычный человек». Только в спектакле Артемьева все задуманное было воплощено и выстреливало. А вот в постановке Кутавичуте комедийные повороты повисают в воздухе, гротескные черты характеров проходят незамеченными, фантасмагория, задуманная главным оправданием развивающегося сюжета, почему-то не срабатывает. Все инструменты настроены, но звука не слышно.

   Актеры, занятые в спектакле, почти все из одного поколения, но разных театральных корней и несхожей творческой биографии (что неуловимо проскальзывает). Но вот смотришь на одного, другого… Понимаешь его манеру игры, ту отмычку, что он придумал вместе с режиссером к своему образу. Видишь абсолютно прозрачно. И потому словно теряешь интерес. Все  герои – от заштатной училки мадмуазель Куку (Маргарита Толстоганова) до предводителя местного оркестрика Удри (Егор Харламов) – даны без объема, до обидного однопланово. Только один персонаж остается актерской загадкой. Начальника станции играет Антон Колесников.

  Признаюсь, давно не видела такой удивительной актерской фактуры! У Колесникова необычная внешность. И его амплуа – травести. Субтильное, почти детское тело актера резко контрастирует с его взрослым, четко очерченным лицом. Огромные выразительные глаза дополняют портрет. Колесников даже в бессловесной сцене удерживал зрительское внимание внутренним присутствием здесь и сейчас; от его мимики, реакций и поведения становились смешными и яркими мизансцены. Хочется сказать, что именно он жил, а не играл. Но сегодня театр уже не живет единой реалистической парадигмой (именно так, к слову, экранизирована советская версия «Безымянной звезды»), однако подлинность актерского существования ни с чем не спутаешь.

  В финале Неизвестная делает выбор между предыдущей жизнью – блестящей, но пустой и бездушной, в которую придется вернуться, и новой, открывшейся для нее внезапно, до краев наполненной чувствами  и простыми радостями. Но героиня  Кутавичуте, случайно влюбившаяся в простоватого романтика провинциальной глубинки, не задумывается надолго, не выбирает, а подразумевает первый вариант, как единственный. Отчего мелодрама о несостоявшейся любви так и не обретает драматический накал истории о разбитых судьбах, а заканчивается с легким привкусом грустной комедии – комедии ошибок.

  То, что спектакль является режиссерским дебютом видно по той ученической прилежности (некоторые сцены сделаны как студенческие упражнения – решены этюдным методом) и очевидности режиссерских решений, что наполняют спектакль, белые швы которого слишком сильно проглядывают на старательно создаваемой картине жизни. Парадоксально, но почти каждый эпизод или образ так и остается схемой, типажом. Понятно как он сделан, ясно, что вот тут и тут должно быть смешно, печально или нелепо. Но… не отзывается. Слишком «сделано», слишком «поставлено». В спектакле с вычищенной визуальной картинкой содержание – от потенциала актеров до глубины пьесы – остается нераскрытым. Хотя современная трактовка взаимоотношений героев режиссером выписана и дана; здесь уже нельзя найти того голого романтизма и платонической любви, как в фильме 78-го года, наше время – это деньги и грубая телесность.

  Но к финалу режиссер все же нащупывает нужную ноту. Григ (Артем Цуканов) – отправившийся на поиски муж Неизвестной, появляется  в конце  холеным олигархом с хамскими замашками и наплевательским отношением к «маленьким» людям, которых и за людей-то не считает. А те с радостным изумлением набиваются всем городом к нему в (воображаемую – вот здесь единственное место, где выстреливает режиссерская задумка) роскошную машину. Они же никогда на такой не то, что не ездили, – не видели! То, как они набрасываются  на предложенные папиросы, как те оказываются в руках начальника вокзала свернутой денежной купюрой – взяткой (тут впервые за весь спектакль просыпается театральная аура – проглядывается Гоголь). Все это смешно, трогательно и очень человечно.

Фотографии с сайта театра

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

%d такие блоггеры, как: