ИНСТИНКТ КРАСОТЫ

Роман Виктора Ерофеева «Русская красавица», написанный в начале 80-х, превратился в спектакль в пространстве малой сцены Гоголь-центра.

  Молодому режиссеру Жене Беркович удалось не только адаптировать трудный, насыщенный смыслами текст, но и подчеркнуть его актуальность и многогранность.

  История провинциальной «русской красавицы» Ирины Таракановой (фамилия княжны выбрана не случайно), приехавшей покорять Москву, в романе выходит далеко за рамки бытовой истории. Радужные мечты разбиты, желанное замужество не состоялось, финал — самоубийство. Но это только список событий, основное содержание сосредоточено внутри. Монолог Ирины Таракановой — «поток сознания», в котором воспоминания тесно переплетаются с мыслями, чувствами, желаниями. И все события мы видим через призму ее собственного восприятия. Хронология нарушена, сцены перетекают одна в другую, и уже трудно отличить правду от вымысла, а реальность от воображаемого.

  Угрюмый мир полосатых матрасов (сценография Ули Хашем), череда безымянных людей (в программке обозначены кратко — Он и Она), исполняемых актерами театра Гоголя — Вячеславом Гилиновым и Анной Гуляренко. Композитор Дмитрий Жук, в образе красавца Карлоса, в черном костюме с птичьей головой аккомпанирует на гитаре спектаклю. И в этот серый, унылый мир врывается «русская красавица» Ирина Тараканова. Екатерина Стеблина, исполнительница главной роли, смогла уловить этот тонкий, противоречивый образ. Появившись из-под груды матрасов, она сразу притягивает внимание зрителей — в ярко-красном платье, тоненькая, хрупкая, нервная, как натянутая струна.

  Ни книга, ни спектакль не дает её точной характеристики. Порыв, постоянное движение, изменение, переход от одной крайности к другой — в этом проявляется Ирина Тараканова. Обращается ли героиня к Богу, влюбляется ли, ревнует, ненавидит, спасает ли человечество — её чувства лишены градации и даны на максимальном пределе.

  От этого контраст со средой, с уродливой массой лиц становится лишь заметнее. Престарелый деятель культуры — любовник Леонардик, его капризная жена, полуживой дедуля с медалями, злобная буфетчица, трусливые участники собрания — целая коллекция разнообразных персонажей отражает не только реалии советской жизни, но и невольно заставляет проводить параллели с днем сегодняшним. Красота выделяет Ирину из этого мира. Но красота выходит за границы внешнего. «Гений любви», — так её называют другие, «Жанна д’Арк, Орлеанская Дева», — так называет она себя. Обобщающий образ, где красота как инстинкт наполняет все существо. От этого и вера в светлую любовь, и безумное стремление спасти Россию. От чего? Каким образом? Разум потерял свою силу…

  На инстинктивном уровне происходит и попадание актрисы Екатерины Стеблиной в образ Таракановой. Хаотичная смена сцен не превращается в рассыпающиеся звенья мозаики, а сводится в единую линию. От завязки события нас неумолимо ведут к финалу. Каждый эпизод разрушает, разрывает на части героиню. Падение происходит медленно — от разбитых надежд к физической опустошенности и безумию. Смерть становится закономерной развязкой. Земной мир вытолкнул красоту за свои пределы. Красавица в последний раз появится в проеме стены, чтобы сказать свое прощальное слово. Но прощальное ли это слово? Или напоминание красоты о своем бессмертии и бесконечном возрождении? Бытовая история, разыгрываемая тремя актерами, разрастается до мировоззренческого масштаба. А режиссер оставляет нам возможность финальную точку поставить самостоятельно. 

Ставила точку Анна Никифорова
Фотографии Алекса Йоку,
специально для Гоголь-центра

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

%d такие блоггеры, как: