ТО, ЧТО ДОКТОР ПРОПИСАЛ

Театры и больницы чем-то схожи: и тут, и там люди в масках, труд врачей и актеров из категории повышенного риска, судя по «пониженным» зарплатам, да и про медицину и искусство традиционно «все всё понимают».

  Театральный профиль – врачевание душ и сердец, хотя все болезни от головы: трагедия – клин клином – поможет заместить свою печаль сценической, или заменит на новое переживание о «бесцельно прожитых» и потраченных… Комедия, конечно, эффективней – смех продлевает жизнь, говорят те, кто смеется последними. Но комедия комедии рознь. На московских подмостках их развелось как фальшивых лекарств в аптеках. Только с ними бороться некому. «Контрафактный» спектакль пагубен не только для кошелька, но и для общего самочувствия, он изнуряет. Остерегайтесь, подделок! В театре им. Евг. Вахтангова, напротив, подделок и поделок нет. Вот и режиссер Владимир Иванов поставил оригинальный спектакль «Обычное дело» о врачах и пациентах. Чтобы все были здоровы. Получилось здОрово!

  «Обычное дело» – спектакль «в клеточку» (сценография и костюмы Максима Обрезкова). Черно-белая «шотландка» и узнаваемые контуры зданий, столешница, опирающаяся на красные телефонные будки, все это не дает усомниться – дело было в Лондоне. «Небывальщину» обнаруживает лишь перевернутый Биг-Бен с часами без стрелок. Три театральных звонка сменяет бой колокола Башни Елизаветы (так теперь официально надлежит именовать Биг-Бен). Впрочем, время здесь пролетает и для персонажей, и для зрителей, хотя у главного героя спектакля – невролога Дэвида Мортимера (Алексей Гуськов) времени решительно нет: до его речи на международной конференции, от которой зависит карьера и рыцарское звание, остается несколько минут. Но много ли времени нужно, чтобы передать послание, которое шло к нему 18 лет и 9 месяцев? Послание пришло не в конверте, но на каблуках, в розовом клетчатом пальто и шляпке с непременным бантиком. Речь, собственно, про «9 месяцев» и срок давности тут ни при чем. Уступчивая медсестра из предместья Джейн (Мария Аронова) нашла «удачный» момент для знакомства сына (Василий Симонов) с его блудным отцом. И все бы ничего, обычное дело, но в историю невольно оказываются вовлечены коллеги и пациенты, жена и начальство, невероятный вымысел и неправдоподобная правда. Доктор Мортимер будто бы припоминает суть своего призвания («врач» первоначально означало «заговаривающий», «волшебник») и начинает вдохновенно заговаривать окружающих, завираться и закручивать историю в бешеном темпе.

  Кажется все в спектакле от Burberry: спектакль пестрит клеткой всевозможных расцветок, главный герой и сам оказывается в клетке, сложенной обстоятельствами и двусмысленными положениями. Но действуют в спектакле другие проверенные бренды: автор, режиссер и актеры. В спектакле блестящий актерский ансамбль, где нет проходных ролей и одинаково срывают аплодисменты и старшие (неподражаемая Галина Коновалова) и младшие (Мария Бердинских). И время здесь непростое – канун Рождества работает на чудо. Такое же, как и дело, – обыкновенное. Поведет ли герой себя как рыцарь и получит ли рыцарское звание рассказывать бессмысленно. Лучше один раз увидеть.

  В основе спектакля – пьеса мастера комедии Рэймонда Куни. Об оригинале напоминает стоящий на сцене британский двухэтажный автобус (double-decker) с надписью It runs in the family («Чисто семейное дело») Так мог бы называться спектакль в прекрасном переводе Михаила Мишина, но название решили изменить, вероятно опасаясь некоторой двусмысленности. Дело в том, что актеры «Обычного дела» – люди семейные, и в вечер спектакля встречаются муж и жена, мать и сын, отец и дочь. По жизни, не по сцене. Опасения театра понятны, но, как показали первые «семейные» спектакли напрасны. «Обычное дело» – сыграли не семейным подрядом, но в семейном кругу. Душевная атмосфера зрителям гарантирована.

  «Общество требует от нас, медиков, широкого кругозора, глубоких знаний, высокой ответственности и нравственности», – этими словами открывают спектакль. Собственно от людей театра ждут не меньшего. Пьесы Куни не сходят с мировых сцен долгие годы, но по-прежнему вызывают скепсис критиков и восторг публики. Комедии некоторые, по старой памяти, именуют низким штилем, комедии положений и вовсе — в грош не ставят, поминая, однако, что подобные увеселения работают на кассу театра. Последнее справедливо, и, порой, заслуженно. Спектакль «№13» в постановке Владимира Машкова в МХТ им А.П. Чехова, о котором вспоминаешь, глядя на декорации «Обычного дела» (в МХТ тоже использовали «шотландку», но других тонов), давно завоевал эпитет легендарный и в этом нет преувеличения. «№13» в начале обруганный, потом, как у нас водится, обласканный сделал Куни модным в театрах Москвы, провинции и антрепризе. Публику в большинстве случаев разочаровали, в массе своей обкормили гэгами, комичными па и нелепыми ситуациями. Спектакли, склеенные второпях стали подражать телевизионным ситкомам, кое-где не брезгуя и «закадровым смехом». Сверхзадачу некоторые определили для себя как коммерцию, актеров подбирали по «звездности», а зрителю отказали в уме и вкусе. Талантливые пьесы в руках неталантливых превратились в посмешище для публики, в поделки на потребу, а Куни на афише стало ярлыком, не знаком качества. Благо есть исключения.

  Режиссер, педагог и актер Владимир Иванов знаменит спектаклями «высокого штиля» по Ф.М. Достоевскому, А.И. Солженицину, М.Горькому. Куни в этой режиссерской летописи кажется лишним и даже вызывающим: вызов для режиссера пробовать себя в новом жанре. Впрочем, аншлаговая комедия «Мадемуазель Нитуш» принадлежит Иванову, потому зрительскую популярность «Обычного дела» следует считать закономерной. Иванов поставил спектакль не по написанному, но точно проследил игровую природу пьесы (Куни начинал как актер), в ее легкомыслии проследил точную авторскую мысль. Первый, «запрягающий» акт пьесы, не спеша приручает аудиторию, подготавливает к стремительному галопу второго акта. Кажется актеры временами «тишат», но потом становится ясно, что зрительский хохот перекричать невозможно. Режиссер нашел ту точку, в которой комедия переходит в фарс и сделал этот переход не резким, протянув нить лирической, местами сентиментальной истории до конца. «Нет праздника – нет спектакля», – завещал Евгений Вахтангов и «Обычное дело» нисколько не предает славных традиций театра. Внешними эффектами и ужимками тут не ограничились, но и утяжелять историю «русским психологическим» не стали. В конце концов, у главного героя другой профиль – он невролог, а не психотерапевт. А в этой комедии все на нервах.

  Пьесе Рэя Куни перевалило за двадцать пять (написана в 1987), в Москве она также известна по антрепризному спектаклю Романа Самгина «Клинический случай». Несмотря на солидный возраст шутки «с бородой» здесь напрочь отсутствуют, Конечно, потребностям времени «Обычное дело» не отвечает – нет намека на пошлость (при всей щекотливости сюжета), ни капли скабрезности (при том, что среди персонажей спектакля эротичные медсестры на любой…пол). Шутка про «пятую точку» в спектакле только одна и, учитывая наши темные времена, боишься за театр: «У попА проблемы в пОпе», шутя говорит маразматичный пациент клиники, в прошлом стриптизер (блестящая работа Кирилла Рубцова). У доктора Мортимера вообще нет ничего святого: ему придется прикинуться святым отцом от нежелания становиться папой для родного сынули. Спасает то, что действие происходит в Англии, а значит РПЦ не надо волноваться. Что до нравственно-патриотического начала спектакля, то и с этим здесь все в порядке: реплика «Не забывайте хвалить Правительство!» звучит рефреном.

  «По-моему, смешно. По крайней мере, оригинально», — говорит жена главного героя Розмари (Лидия Вележева) и права. Юмор в спектакле не то, чтобы английский, скорее интернациональный. Взять хотя бы такой диалог Мортимера и его шефа Сэра Уилби Нельсона (Рубен Симонов): «Вы включили в свою речь оценку работы правительства? – А зачем нам скандал?!». Слышишь и чувствуешь себя жителем Лондона, у нас, оказывается, так много общего. Медицинский юмор в пору поветрия врачебных телесериалов принимается публикой на ура. Эскулапы в спектакле под Рождество путают диагнозы: гипертонию с геморроем, но быстро успокаиваются: «Болезни на одну букву!». Значит лечение верное. Гигантские шприцы, угрозы пациентам усыпить или поставить клизму, – все это мелькает в спектакле, но не вызывает отторжения. Черный врачебный юмор и «анатомический театр» здесь сведены к шутке. Так, на носилках проносят закрытый белой простыней, судя по очертаниям, труп, но дописывающее сюжет воображение подводит публику. Простыня скрывает груду рождественских подарков. Так уж приучены – хорошего не ждем. Многочисленные выдвижные ящики и потайные двери в декорациях таят много сюрпризов для зрителей, которые преступно раскрывать. Разве что, стоит сказать, что один из них – мини-бар –— движущая сила действа, к которому частенько прикладываются его персонажи.

  «Ни пуха, ни пера!», – желают коллеги зубрящему речь Мортимеру. Как и положено он отвечает: «К черту!». По мере действия все чаще твердит: «Черт!», а когда ситуация накаляется до предела обреченно произносит: «Ну и черт с ним!». Чертей в спектакле довольно, как и скелетов –  на сцене и «в шкафу» у ее обитателей. На стеллажах ординаторской пылится «бедный Йорик», черепушка, но ни доктор, ни разыскивающий его сын в «Гамлета» не играют, игры хватает и без того. В самой пьесе «игра» задумана на нескольких уровнях: ее персонажи-врачи готовили постановку любительской рождественской сказки под названием «Семь грехов», но кто мог подумать, что из-за одного греха молодости своего коллеги они вынуждены будут играть совсем другое представление. «Я выхожу из игры», – прозвучит и даже напугает зрителей, но это, к счастью, еще не финал.

  «Обычное дело», – сюжет которого и вправду рожден из пустяка, сыгран в жанре рождественской сказки. В ней и юмор (без патологий), и сюрпризы (только приятные), и надежда, которой частенько недостает. Видимо, слишком категоричны были древние греки, считая, что очищение души (катарсис) возможно только через страдание. Очищаться надобно и от суеты, от обычных засасывающих дел, рутины, а здесь комедия, вроде той, о которой речь – незаменима. В ней и врачебная мудрость «Исцели себя сам», и мудрость в духе М.М.Жванецкого – «Без нервов! Спокойней, равнодушнее… если хотите жить!». Учитывая же наш климат, где «двенадцать месяцев зима, остальное – лето», можно с уверенностью сказать, что «Обычное дело» – всесезонный спектакль. Он и светит, и греет. И лечит!

Нервы успокоила Эмилия Деменцова
Фотографии с сайта театра

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

%d такие блоггеры, как: