РЕВОЛЮЦИЯ. ЖЕНСКИЙ ВЗГЛЯД

Сам роман «Циники» по структуре своей напоминает киносценарий или пьесу: небольшие диалоги, написанные настолько точными мазками, что без дополнительных деталей дают представление о героях и их характерах.

  У меня есть знакомая, зовут ее Дашка. Она чуть старше меня, замужем, снимает квартиру в Москве, любит животных и обладает активной жизненной позицией. Настолько активной, что во время митинга на Болотной площади Дарья в реальном времени строчила в ЖЖ мини-репортажи, будучи полностью счастливой. Не знаю, была ли она возле Абая, так как раньше бульвары использовались ею (и я тому свидетель) исключительно по прямому назначению: друзья, веселье, пиво…

  Это глобальное лирическое отступление, казалось бы, не имеет никакого отношения к спектаклю «Циники» по одноименному роману Анатолия Мариенгофа в Театре им.Моссовета. Казалось бы, но… Почему-то именно Дашка вспомнилась мне, когда я смотрела эту постановку, так как с главной героиней Ольгой (красивая работа Евгении Крюковой) их роднит один немаловажный факт: жизнь во времена и в ожидании перемен. Лишь отношение к ним прямо противоположное… 

  Сам роман «Циники» по структуре своей напоминает киносценарий или пьесу: небольшие диалоги, написанные настолько точными мазками, что без дополнительных деталей дают представление о героях и их характерах. Молодой режиссер Сергей Аронин сделал в текст некоторые вставки, в частности это стихи Маяковского, Есенина, Рюрика Ивнева, но этим, скорее, лишь добавил красок фону, но не привнес ничего в основной сюжет. А он о следующем.

  Ольга, красавица и по-своему умница, похожая на роскошную садовую розу, соглашается выйти замуж за Владимира (Алексей Трофимов). Затем у нее закручивается роман с братом мужа, большевистским чиновником Сергеем (Дмитрий Щербина), когда же и он становится ей неинтересен, его сменяет непмен Илья Петрович Докучаев (Сергей Виноградов). Муж от отчаяния тоже пытается завести роман – с горничной Марфушей (Анна Гарнова). Неизменна лишь любовь Ольги к вишням в шоколаде да французской краске для губ… Финал – самоубийство. Однако превратиться в банальную мелодраму о распутной женщине на фоне революции роману не позволяет эпиграф из текста Лескова. Приводить полностью его не буду, а лишь процитирую основную мысль: «…чтобы угодить на общий вкус, надо себя «безобразить». Согласитесь, это очень большая жертва, для которой нужно своего рода геройство». Когда вчитываешься в него, все поведение героини обретает смысл и становится понятным. Но я бы покривила душой, если бы сказала, что в спектакле мотивы Ольги ясны с самого начала. Вроде бы она с некоторым оживлением хочет жить в «эпоху перемен», но сразу же понимает, что для существования в этой переменчивой реальности ей придется «безобразить» себя. А так не хочется!.. Но уж больно настороженно относятся к подобным барышням: что у них на уме? Герленовские золотые тюбики? Контрреволюция одна!

  Может, сотрудничать с советской властью?.. Запросто! Вот вам, гражданочка, папки, будете работать – агитационные поезда отправлять! А она же просто опять безобразит себя, перестраховывается: лучше пусть видят, что я с ними… А что внутри – кому какое дело? Но ни на митинги, ни на маевки, ни под гармошку у памятников плясать, ни на бульваре ночевать! Тогда последний шанс остаться собой, не смешавшись с толпой искренних и милых, но таких повторимых «марфуш». Так и представляю, как презрительно взлетели бы брови, изогнулись бы вишневые глянцевые губы: «На бульваре?! Ночевать?! Там не то что с вишнями в шоколаде, но и с ватерклозетами проблемы!»

  Ее личная революция и протест – в стремлении оставаться женщиной в любых условиях. Желанной, властвующей, и неожиданно ранимой внутри. Но в какой момент героиня поймет, что ее протест подавлен, а жизнь проиграна? Тогда ли, когда боль окружающих начнет переливаться через край? Или когда доверие мужчин начнет исчезать? Ведь можно долго играть «безобразие», но есть опасность, что окружающие в это рано или поздно поверят.

  Психологические акценты, расставленные режиссером, мастерская игра – все позволяет получить удовольствие от действия. А в наше время, которое стало неясным и зыбким, как рябь на воде Чистых (изначально, кстати, Грязных) прудов, еще и вызовет в уме какие-то мысли и аналогии… Да, для тех, кто уже определился с жизненной позицией на ближайшее время (как упомянутая в начале Дарья) спектакль будет просто любовно-историческим романом, но для остальных (кто ходит в театры, а не на бульвары) что-то прояснит и подскажет. Не зря ведь на сцену в образе лектора Павла Александровича выведен сам Анатолий Мариенгоф (играет Евгений Ратьков), который не просто рассказывает историю Ольги, но и жестко комментирует сами события начала ХХ века в России. Мол, господа, все это было уже – делайте выводы. Сами.

Пыталась сделать выбор между бульваром и герленовским тюбиком
Наталья Ионова
Фотографии предоставлены Театром им. Моссовета

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

%d такие блоггеры, как: