РЕМАРКИ
Шедевр искусства рождается навеки. Данте не перечеркивает Гомера. В.Гюго
В искусстве отражается невыразимое. И.В. Гете
Театральные слезы отучают от житейских. В.Ключевский
Театрон - скамьи для публики в древнегреческих амфитеатрах.
"Хороший спектакль объединяет. Плохой обсуждается". Д.Калинин
Найди свой театр, а мы поможем!

История одного дна

Зрители сидят по обе стороны узкой сцены. В качестве эфемерной границы — бутылочки с водой, расставленные по все длине. В предстоящем действе публике отведена роль своего рода молчаливых присяжных. Они должны вынести свой внутренний вердикт произошедшему. Школьная доска, парта, пара стульев, на другой стене — экран, где будут крутить видео — в таких нехитрых декорациях на сцене филиала Театра имени Пушкина будет разыграна пьеса белорусского драматурга Андрея Иванова с многозначным названием "С_училища". Режиссер Семен Серзин предложит зрителям-присяжным объяснение не только двух смыслов названия, но и историю-обманку, где очевидное, на первый взгляд, окажется, совсем не таким уж простым. И, чтобы сразу же перейти к главному, пустит пьесу наоборот — от финала к началу, разматывая нить фабулы.

  Она, в общем-то, проста: гордая, дикая, свободолюбивая, почти Кармен местного разлива, девчонка Танька, студентка ПТУ, или, на местном жаргоне, "гопота из хабзы", влюбляется в преподавателя философии Сергея Романовича, крутит с ним роман и погибает от руки своего бывшего кавалера Кости, вернувшегося из мест не столь отдаленных и не простившего ей измены.

 

3 s uch

 

 

  Философ Сергей (Назар Сафонов) подчеркнуто безволен, бесхребетен и унижен бедностью так, что, разумеется, согласен практически на любую подлость, чтобы хоть как-то поправить свои материальные дела. И если повышение материального и профессионального статуса связаны с тем, чтобы переспать с главной недотрогой — той самой Танькой — и выложить это в сеть — то, после недолгих колебаний, совесть и порядочность удается уговорить без особых проблем. Назар Сафонов показывает, как его герой постепенно теряет прямоту осанки, изгибается под каким-то очень хитрым углом, становится нервен, а в голосе все чаще и чаще слышатся истерические нотки. И, в общем-то, уже неважно, что сначала было просто желание заработать денег и уехать из этого богом забытого места, куда угодно, лишь бы подальше, потому что невыносимо. Неважно, что герой немного потрепыхался, сопротивляясь предложению заработать быстро и ярко — потрепыхался и согласился. Разговор о деньгах и возможности их заработать —прекрасная проверка границ самоунижения, до которых может дойти человек. И преподаватель философии, полный идей Платона и Аристотеля, как-то съеживается, поникает головой, слабеет в движениях. У актера постепенно будет меняться даже внешность — и из небрежно-элегантного, со слегка растрепанными волосами молодого человека, представляющего несомненный интерес для местных красавиц, он превратится в мятого, нервно дергающего руками, растрепанного человека, затравленно шарящего глазами по темному зрительному залу.

  Все персонажи узнаваемы сразу и однозначно всеми, кто хоть как-то помнит начало и середину 90-ых годов — мгновенно возникших ушлых, крепких, хватких коммерческих ребят, умевших быстро сделать деньги из ничего и так же мгновенно исчезнуть с ними в недосягаемые дали. Блеск и нищета толкучек, ушлых умельцев быстрого обогащения и неудачников, носящихся со своими принципами порядочности и морали — пока не прижмет. Для тех, кто не узнал эпоху, на экране будут кадры-подсказки — вещевой рынок, маленькая, забитая барахлом квартирка, вязаные шапки с нашитыми на них бусинами — как предельный символ пошлости и беспросветности. Герои вписаны в этот видеоряд, Танька торгует в рыбном ларьке на рынке, и оператор будет долго давать ряды вещей, примерочных картонок, гор подгнивших овощей и прочих ясно узнаваемых примет. И повеяло бы в этот момент нафталиновой ностальгией от истории, если бы не было в этом спектакле главной разгадки и смысла — собственно — той самой Таньки, из-за которой все и случилось.

 

1 s uch

 

 

  Влюбившись в нескладного и, на тот момент, еще вальяжного учителя, она берет дело в свои руки и решительно двигается к цели. Она искренне убеждена, что для любви нет и не может быть никаких препятствий. Она буквально вынимает из своего Сережки нужные слова, и ни на секунду не сомневается в том, что он с ней счастлив.

  Таисия Вилкова выводит на сцену до раздражения целостную героиню. В нынешнее время модно быть многозначным, расколотым, можно бесконечно искать и обретать целостность и умение быть самой собой. Тане ничего обретать не надо. У нее все есть. Она полностью и абсолютно гармонична. Эта девушка не рефлексирует, не сомневается.  Она уже все знает про эту жизнь и про то, что просто так в ней ничего не дается. У нее есть универсальный рабочий рецепт, как добиться всего, что ей нужно. И это универсальное знание делает Таньку абсолютно отвязно свободной. И даже ее искренняя любовь к Сережику, по сути, ничего не меняет в характере. Просто вот так она любит. Не умея, да и не желая уметь как-то иначе. Потому что для нее "иначе" просто не существует в природе. Образ подобной героини — покорительно властной, одновременно с этим, обаятельно нескладной, смешной в своей неотесанности и простоте, не требует особо сложных средств выражения, но актрисе удается не впасть в крайности — не сделать Таньку ни слишком уж грубой, ни излишне загадочно трепетной. Резкая, сильная, искренняя, смелая, и тоже лишенная устойчивого чувства порядочности, она, на самом деле, отражение своего возлюбленного Сережика. Он, согласно договору с приятелем, выложит съемки первого секса с Таней в Фейсбук, она — совершенно спокойно — пригрозит ему разоблачением давнего греха — в порыве откровенности любовник расскажет ей кое-какие тайны своего прошлого — если он вздумает ее бросить. И как у героя Назара Сафонова есть точка перехода — когда герой начинает свое превращение, так и Таисия Вилкова точно обозначает момент, когда смешная и почти трогательная история любви "гопоты" к интеллигенту, превращается в кошмар, начисто лишенный сантиментов и хоть какого-то уважения ко второму участнику. А девочка, пусть и грубоватая — в ту самую "с_училища", где "а", уже можно заменить на "у".

 

4 s uch

 

  История, наращивая обороты, помчится к своему концу, то есть, к началу, которое зрители уже узнали. Из тюрьмы вернется бывший ухажер Таньки Костя, узнает о неверности возлюбленной, о том, что она не просто начала гулять с другим, но и отдала этому другому свое самое большое сокровище — невинность — и тихо убьет Таньку поздним вечером на улице. Учитель, избавившись от морока, уедет, наконец, из этого проклятого места, и попросит только положить на танину могилу цветы от него. И за первым слоем незатейливой истории проступит крупный план всего происходящего. Эта история никак не тянет на рассказ о жертве и палаче или об очередной Кармен, леди Макбет или любой другой жертве любви и ревности. Оба главных героя омерзительно равны между собой. И дело не только в том, что вывернутая наизнанку, убогая, задавленная жизнь, лишает силы совершать благородные поступки, не только в том, что у каждого из героев есть свой прейскурант, по которому они продают совесть, ум, порядочность, потому что в обмен можно получить исполнение мечты. А в том, что убитая из любви Танька, и нелепый Сергей на самом деле, одно из тех страшных и незаметных зол, которое называется — унижение. Насилие над чужой душой, свободой, жизнью. Но кто, дорвавшись до своего счастья, будет задумываться над тем, из чего оно состоит. Как однажды выкрикнет тот же Сергей: "Она меня унижает, а мне нравится! Я еще хочу!.." И ему эхом откликнется Танька: "Вас через силу надо любить! П..ь и любить! И опять п…ь!" И глядя в темноте на разделенный пополам зал, по которому эхом пронесутся эти два вопля души, кажется, что если найдется хоть кто-то, кто согласен — история рискует стать вечной.

 

Вынесла вердикт

Юлия Кулагина

Фотографии предоставлены 

пресс-службой театра

08.05.2018 00:00

MUST SEE!

cache/resized/ddec8a51f3531fe89ab6c60687867cbf.jpg
Октябрь готовит много театральных сюрпризов. Адольф Шапиро поставил театральную историю по Луиджи Пиранделло, Дмитрий ...
gavrosh
  "Гаврош–2018" — это  лучшие спектакли для детей и всей семьи из Берлина, Дюссельдорфа, ...
fototopless
Театры открывают сезоны и активно запускают премьерный марафон. Театр на Малой Бронной представит долгожданную премьеру ...
impressionism
Сентябрь принесет большое количество интересных выставок. Те, кто не успел за три летних месяца посетить Музей русского ...
3a9f6b4e
9c7ec26b
ca984335389adc3f