РЕМАРКИ
Шедевр искусства рождается навеки. Данте не перечеркивает Гомера. В.Гюго
В искусстве отражается невыразимое. И.В. Гете
Театральные слезы отучают от житейских. В.Ключевский
Театрон - скамьи для публики в древнегреческих амфитеатрах.
"Хороший спектакль объединяет. Плохой обсуждается". Д.Калинин
Найди свой театр, а мы поможем!

Эпоха дилетантов

История спектакля "ZOOFELLINI" началась в декабре 2016 года. Ее собирался ставить Валерий Белякович, но успел сделать только читку для актеров и внести несколько правок в текст. В дни премьеры Олег Леушин устроил публичную читку. В течение полугода пытались понять, браться ли за пьесу — с одной стороны, это дань памяти мастеру, с другой — большой риск. Вопрос решился, что называется, на высшем уровне. Департамент культуры выделил деньги на постановку именно этой пьесы. А ставить собрался сам автор. Но что-то пошло не так — за месяц до выпуска автор от постановки отказался. Тогда художественный руководитель Театра на Юго-Западе подхватил ее. За 19 репетиций, длившихся по 3-4 часа, имея на руках два не очень похожих друг на друга варианта текста, он все-таки выпустил спектакль к установленному сроку.

  Театр не в первый раз обращается к постановке пьес Петра Гладилина — "Мотылька" ставил Олег Анищенко, "Фотоаппараты" —- Валерий Белякович. В обеих историях сильно мистериальное начало, в "ZOOFELLINI" же этой составляющей нет.

  "ZOOFELLINI" — пьеса о современном телевидении, о тех, кто его делает, о том, как оно влияет на умы и души, о зомбировании человека и управлении его сознанием. Почти сорок лет назад, когда на экраны вышел фильм "Москва слезам не верит" Владимира Меньшова, один из его героев утверждал, что "Через 20 лет не будет ничего — одно сплошное телевидение". И оказался недалек от истины. К счастью, не пропал бесследно театр и не умер кинематограф, но телевидение и его собрат интернет-телевидение совершенно заполонили нашу жизнь. Многие уже и жизни себе не представляют без любимых сериальных героев, их вялотекущая жизнь с придуманными страстями и проблемами заслоняет пустоту собственной.

  "ZOOFELLINI" — история о том, как легко из человека сделать животное, которое будет ждать очередной подкормки (будь то новая серия "мыла", слезливое ток-шоу или бои без правил), за которого подумают другие — ZOO. И воспоминания о том времени, когда читать, думать, сопереживать было так же естественно, как сейчас тупо пялиться в экран гаджета. Тогда люди хотели быть лучше, и потому символом той жизни стал FELLINI — режиссер, говоривший со зрителем на равных.

 

10

 

 

  Автор рассказывал о том, что писал пьесу на протяжении двадцати лет. Возможно, поэтому возникает ощущение, что время ее немного упущено. Будь она поставлена 20, да даже 10 лет назад — она бы звучала мрачным пророчеством, которое бы заставило задуматься. Сейчас — это печальная реальность. Вопрос в том, как ее исправить… без хирургического вмешательства.

  Язык пьесы не то чтобы простой, а нарочито примитивный. Автор раскручивает ситуацию до полного абсурда, используя повторы, все больше напичкивая текст малоприятными подробностями. Повторы приемов в сочинении сериала, активное педалирование на том, кто и как имеет героиню, или неоднократное проговаривание слова "унавоживание", детальное описание половых болезней героев — все это должно рано или поздно вызвать отвращение у читателя. Надо сказать, нужного эффекта он достигает. Временами хочется просто смыть с себя эту мерзость.

  В этой пьесе правят дилетанты от искусства, в конце концов пожирающие профессионалов, ломающие их принципы. Противостояние Цезаря и Брута по идейным соображениям длится не так долго, а вот стремлению захватить власть и привлечь все больше аудитории — посвящено много места. Идеализм Брута рушится под натиском грубой силы и пошлости, которую демонстрирует Цезарь. Его вера в человека исчезает, он, сам того не сознавая, пляшет под дудочку Цезаря. Говорить о положительном герое, да и вообще о герое тут невозможно. Брут борется с оппонентом его же способом и забивают Цезаря так, как его воины забивали людей во время войны. Гибель Цезаря ничего не исправит, Брут отравлен желанием наживы и крови… О человеке он больше не думает.  

  Режиссер смягчил многие моменты, изрядно сократил текст (этот спектакль — едва ли не самый лаконичный у Леушина), добавил лирическую ноту и, конечно, не смог не вставить свою фирменную фишку — пафосный финал.

  Здесь отдана дань и традициям Юго-Запада — блистательная работа художника по свету Вячеслава Климова, подбор музыки Михаила Короткова, пластическое решение, — все это знакомый нам театр. Да и начало спектакля очень в духе Юго-Запада: немного мистики и таинственности. Словно пришельцы спустились на Землю, чтобы исследовать причины ее гибели. Инфернальные голоса, звучащие откуда-то сверху, мигающие в кромешной тьме огоньки и, конечно, дождь. Дождь, который льет не первый день — Всемирный потоп.

  В спектакле, в отличие от пьесы, нет указания на время, когда происходят раскопки. Это может быть и 21 век, и сильно отдаленное будущее. Лица исследователей лишь на мгновенье мелькнут в кромешной тьме и то, кажется, лишь для того, чтобы позже мы смогли их идентифицировать среди слуг Цезаря или муз телеэфира. Древний Рим здесь явно запараллелен с современностью. И чтобы ни говорили персонажи, мы легко угадываем и стилистику бесконечных ток-шоу, и сдобренные пикантными подробностями сериальные истории, и новостные ленты.

 

1

 

 

  Декорации условны. Пространство организуют актеры. Нас сразу берут в оборот два репортера — Гектор (Фарид Тагиев) и Бенедикт (Александр Шатохин). Быстрой скороговоркой нам поведают о возвращении Цезаря из похода, новости и репортажи с места событий буквально топят нас в информационном потоке. Они напоминают ищеек, готовящихся сорваться с места в погоне за жареными фактами, тело вечно вырывается вперед, глаза выискивают сенсацию, и нос пытается уловить что-то витающее в воздухе. А в качестве ведущих ток-шоу они — хамоватые и расслабленные "всезнайки", все время подыгрывающие Цезарю и открыто издевающиеся над Брутом.

 

4

 

  Вообще весь спектакль сделан как непрерывное ток-шоу, эдакая горючая смесь соловьевских дебатов и "Время покажет", где никого не интересует мнение оппонента, сериалов и реалити-шоу.

  Костюмы персонажей тоже представляют собой микс — обмундирование римских легионеров и команды американских футболистов, где вместо мяча — жизнь человека.

  Две противоборствующие силы тут Цезарь (Сергей Бородинов), перемонтировавший карту Европы, с приспешником Лицинием (Андрей Санников) и Брут (Владимир Курцеба), для которого телевидение сродни театру с соратником Торквинием (Денис Шалаев).

 

5

 

  Цезарь Сергея Бородинова не смущается ни отсутствием образования ("У тебя три класса школы!" — кричит ему Брут), ни незнанием основ театрального и телепроцесса — он абсолютно уверен в себе. ("Я монтировал карту Европы", — парирует он Бруту. — Я научу вас делать телевтдение!"). Он насмешлив и азартен, громок и не любит усложнять.

  Его приспешник Лициний — Андрей Санников — похож на искусителя. Он не только во всем потакает Цезарю, восхищаясь то его талантом сценариста, то умением находить нужных людей, но и незаметно подталкивает к новому витку телевизионной карьеры. Кажется, он способен стелиться по земле, быть тенью Цезаря и даже растворяться в полумраке. Мягкие интонации, преданная улыбка, но и про себя не забывает — невзначай пристраивает племянника-музыканта на радио.

 

zoo2

 

 

  В противовес им — Брут Владимира Курцебы — идеалист и романтик (по крайней мере, в начале), молодой, энергичный, жаждущий перевернуть мир. Его помощник Торквиний, Денис Шалаев, — мощный, "гривастый" малый, порой, напоминающий боевого коня. Не случайно Брут частенько разъезжает на нем верхом — тут и воспоминание от детских игр, и юношески-азартное стремление вперед.

  Дилетант и профессионал, желающие во что бы то ни стало завладеть всем ТВ Римской империи. Диалоги их напоминают бесконечные дискуссии о том, каким должен быть театр, может ли человек без специального образования, недоучка заниматься искусством. Брут, знающий медиа-рынок вдоль и поперек, хочет делать качественные программы, которые помогут развитию человека, Цезарь давит на низменные инстинкты. Их противостояние незаметно скатывается в банальное желание удержать власть любыми способами. В ход идет весь арсенал пошлости и низости, доводимый артистами до абсурда.

 

3

 

 

  Авторы, сочиняющие новую реальность, все меньше думают о человеке, все больше о том, как заработать денег. С невероятным азартом Цезарь Сергея Бородинова придумывает историю Урсулы, напичкивая ее все большим количеством отвратительных подробностей. Кажется, даже, что он в какой-то момент чуть ли не оргазм испытывает от процесса творения. Жизненный опыт, о котором он говорит, дает свои плоды, но неизбежно ведет и к саморазрушению. В какой-то момент он чувствует это и тогда зовет свою возлюбленную — Валерию (Алина Дмитриева) —персонажа этого в первой версии пьесы не было. Кажется, еще немного, и будет тот самый сценарий, полный чувств, истинных и добрых, но романтика оборачивается жестоким абсурдным боевиком, где героиня не только хорошо стреляет, но и классно делает минет. Азарт большой игры — а для него все это большая компьютерная игра — захватывает его. Лишь на мгновение в спектакле возникнет лирическая пауза — все остановятся и словно оглянутся назад, туда, где живут еще в памяти лучшие фильмы нашего кино, и затянут песню. И Цезарь замрет, прислушается, но лишь для того, чтобы передохнуть перед новым броском. Как на привале, внезапно вспомнив дом и семью.

 

9

 

 

  Отдельно надо отметить персонажей Любови Ярлыковой, Ольги Авиловой, Алины Дмитриевой и Елены Шестовской. Они начинают действие и находятся рядом с Цезарем постоянно. Эти странные пришельцы, изучающие далекое прошлое, как будто сами его и корректируют — они и рабы-гладиаторы, которые бьют друг друга, повинуясь нажатию кнопки на пульте; и драматурги, помогающие сочинять текст, и восторженные эксперты на ток-шоу. Все живут в гаджетах, время настолько стремительно, что решать судьбы людей можно по дороге домой, простым нажатием кнопки.

 

8

 

 

  И именно это на полную катушку использует Цезарь в своем теле-маркетинге. Хоть он и объявил об отходе от войны, но воином остался. И потому неизбежным был приход его к мысли о прямой трансляции похода, с реальными убийствами, захватом земель и прочей атрибутикой войны.

  Градус абсурда все повышается — вот уже разрешены бестиарные браки, коза становится звездой экрана, и Брут соглашается взять ее на главную роль в сериале "Анна Каренина". Финальным аккордом становятся казни невинных в прямом эфире, и снова ситуация доводится до абсурда — надо казнить ребенка, или юродивого. Его надо распять, но перед этим — слушать его проповеди.

 

12

 

 

  Жизнь Цезаря совершает виток — еще недавно собиравшийся заняться земледелием, он и правда занялся им, но на свой лад. Ведь "унавоживание" мозга сограждан куда как интереснее. И последнее, что он увидит в своей жизни — это поле с кучей дерьма, блестящего под луной. А преданный Лициний скажет-таки сакраментальное: "Не все то золото, что блестит". Брут и его игроки забьют императора и его слугу.

  Но и после смерти он увидит маячащего вдали бога Меркурия, и там тоже ждет шоу, только в студии будут иные персонажи — Будда, Христос, Магомед. И все снова повторится. Но, может, хотя бы на другом уровне?

 

Телеиндустрию изучала 

Анастасия Павлова

Фотографии Сергея Тупталова

19.02.2018 00:00

MUST SEE!

cache/resized/ddec8a51f3531fe89ab6c60687867cbf.jpg
Октябрь готовит много театральных сюрпризов. Адольф Шапиро поставил театральную историю по Луиджи Пиранделло, Дмитрий ...
gavrosh
  "Гаврош–2018" — это  лучшие спектакли для детей и всей семьи из Берлина, Дюссельдорфа, ...
fototopless
Театры открывают сезоны и активно запускают премьерный марафон. Театр на Малой Бронной представит долгожданную премьеру ...
impressionism
Сентябрь принесет большое количество интересных выставок. Те, кто не успел за три летних месяца посетить Музей русского ...
3a9f6b4e
9c7ec26b
ca984335389adc3f