РЕМАРКИ
Шедевр искусства рождается навеки. Данте не перечеркивает Гомера. В.Гюго
В искусстве отражается невыразимое. И.В. Гете
Театральные слезы отучают от житейских. В.Ключевский
Театрон - скамьи для публики в древнегреческих амфитеатрах.
"Хороший спектакль объединяет. Плохой обсуждается". Д.Калинин
Найди свой театр, а мы поможем!

Память сердца. Эпизод 3

 …Титры сообщают  [Прошло 17 дней.] [Пришла весна] [Поют птицы][И набухают почки]. Жизнь продолжается и Морис пока жив.  "И птицы-память по утрам поют"…  Титр [Поют птицы] невольно отсылает к другому коронному для Олега Табакова спектаклю "Копенгаген" по пьесе Майкла Фрейна.  Он повествует о встрече, которой никогда не было (Нильса Бора и Вернера Гейзенберга), и которая оказалась возможной только "на том свете".

   Этот блистательный спектакль Миндаугаса Карбаускиса, состоит из эпизодов-полуповторов: персонажи раз за разом переигрывают обстоятельства встречи, стараясь изменить ее исход. Говорят  об атомной бомбе, но с физикой в спектакле отлично уживается лирика, политика и вечность. В "Копенгагене" на сцене  тоже "Поют птицы" бегущей строкой на тумбах-табло,  идут повторы-воспоминания о небывалом и горит надпись "есть вещи, о которых мы только думаем", что и заставляет припомнить этот сюжет во время просмотра "Юбилея ювелира".  Спектакль Богомолова говорит о том, о чем обычно молчат траурными минутами или годами, о чем и думать-то страшно, но не думать нельзя.  О той самой точке после  слова "Начало".

15

   Спектакль, в котором достаточно моментов тишины, то  спокойной, то напряженной, то гнетущей, зрители обогащают своими воспоминаниями. Уверена — тягостными. Счастлив тот, кто не видел  обстоятельств смерти, не внезапной, а тихо, но упрямо забирающей человека.  Уныние, усталые воспаленные глаза, вечно занятые руки (дающие лекарства, делающие уколы, обмывающие, переворачивающие…), речь, обогатившаяся названиями лекарств, дозировками, извлечениями из эпикриза и т.д. провожающих, и их обреченность; беспомощность, забытье, дряхлость  и отсутствие "и т.д."  уходящих и их обреченность.   Все, что не иллюстрируется в спектакле, всплывает в памяти зрителей.  В "Юбилее ювелира" память торжествует над смертью. Рак умирает с больным, а память продолжает жить. Память — клетка, в которой оказались заперты Морис и Хелен.  Память как опухоль заменила собой все, вытеснив жизнь. Ее память съедает, его -  удерживает. Память отравила жизнь Хелен, но скрасила смерть Морису. Не мечта ушла в память, но память стала мечтой, тем, ради чего стоило жить, тем, ради чего необходимо было дожить. Память заставила Мориса "сменить" рак на подагру (королевскую болезнь), она заботит умирающего больше, чем то, от чего он умирает. [Память это клетки.] [Просто клетки.]  настаивает с экранов-клеток режиссер, но его спектакль спорит с ним и побеждает.

17

  Улыбку снова под музыку выводят на экраны. И хочется улыбнуться в ответ. Но экраны не дают налюбоваться, сообщая [Память превращается в опухоль]. Улыбку предлагают вновь: на трех экранах  она появляется как негатив, как рентгеновский снимок,  улыбка "на костях" (как когда-то называли пластинки с запрещенной музыкой, записанной на рентгеновские снимки) или оскал "костлявой"… Обнаженные в улыбке зубы напоминаю английскую идиому "in the teeth of death" —  дословно в зубах у смерти, т.е. перед лицом смерти.  Эта улыбка страшит, насмехается над жизнью. Изображение при этом не меняется, меняется его восприятие.  Традиционный для богомоловских спектаклей эффект. "Эффект Кулешова". [Пульсирует опухоль.] [Пульсирует память.] — сообщают экраны и "кружится в памяти старый вальсок..", и поет пластинка: "Но сможем ли мы вернуть этот возвышенный момент? Мы нашли нашу любовь и это навсегда." . [Смеется опухоль] [Смеется опухоль. Плачет Хелен].

18

   У двоих,  проживших вместе целую жизнь, воспоминания различны. Даже воспоминания об одной и той же ночи одного греют, другую ранят. Шестьдесят из шестидесяти шести лет брака Хелен были отравлены воспоминанием об одной ночи (может поэтому Хелен иногда занижает себе возраст на 20-25 лет, чтобы компенсировать хотя бы часть тех, "вырванных лет"). Морис помнит встречу с королевой, Хелен — первый приступ астмы сына, случившийся в ту же ночь. Шестьдесят лет они прожили  рука об руку, но в незримом присутствии третьей, коронованной особы.  Хелен  считает воспоминание мужа фальшивым, считает, что тот уверовал в им же сочиненное. Якобы она наводила справки и узнала, что в ту ночь доставку королевских регалий поручили другому сотруднику. Она подозревает мужа в неверности и не только памяти.  Несчастливое семейное счастье под портретом королевы на стене, с круизами  на лайнере "Королева Елизавета II",  на неизменном втором месте на пьедестале. Наталье Теняковой несколькими поворотами головы, прищуром глаз, сдержанной (диктат режиссера) интонацией удается передать то, что не перешло из пьесы в спектакль, то, что не озвучивается в нем, то о чем ее героиня молчала всю жизнь. Немка, она всю жизнь притворяется полькой, дабы не нести бремя нации, породившей нацизм, и, неся его, утешает себя "искуплением вины" - жизнью с "евреем": Хелен полагает, что мать Мориса была еврейкой, потому что носила парик; Морис устал разуверять жену в том, что парик – не показатель национальности. Она рано "потеряла" мужа, потеряла состояние, положение в обществе, а потом и сына, оставшегося только в еженедельных разговорах по Скайпу с Новой Зеландией, куда тот переехал  от родителей и ремесла, передающегося по наследству (отец, дед и прадед Мориса — ювелиры, — "Все как у меня!"- замечает королева). Эта преемственность, дописанная режиссером, характеризует Мориса как очень верного человека. Не только семейной традиции, но и семье. В финале героя спросят, хранил ли он верность жене (в т.ч. и в мыслях) и тот не солгав, ответит, что верность хранил. Но хранил он еще и память о встрече, изменившей, подчинившей всю его жизнь. У Мориса в жизни было две любви — идеальная, возвышенная по недостижимости —  к Королеве, которой он служил как рыцарь даме сердца, и к жене — любовь реальная, земная, не менее сильная,  пережившая тяготы быта и просто тяготы, любовь без миражей. Хелен, в которой на старости лет прогрессируют обиды, знает, что Морис любит ее, но знает и то, что никогда не был влюблен в нее. Перейдя на уцененные товары, она по новой оценивает и свою жизнь, но любовь переоценке не поддается.  Наперекор всем скопившимся в ее памяти упрекам, Хелен  любит Мориса, любит со всеми атрибутами его болезни, о которых и  говорить мучительно; ревнует к его влюбленности, к сиделке, что разделит с ней его последние часы, к смерти, что отнимет его — "Ведь если можно с кем-то жизнь делить, то кто же с нами нашу смерть разделит?". Любит безжалостно, так, что когда  сиделка в спектакле предлагает нанять актрису-двойника Елизаветы II, чтобы та навестила Мориса перед смертью и тот умер счастливым, Хелен отказывается. По-женски мстительно она хочет вывести Мориса из сочиненного им миража,  в последние минуты его жизни оставить его с этой жизнью наедине. Казавшаяся безжалостной холодность Кэти меркнет в сравнении с жестокостью самого близкого Морису человека. Но это минутная жестокость женщины, у которой сдали нервы, сдают силы, уходит вера. Вера в неверие в серьезность болезни Мориса. Хелен отказывается замечать угасание мужа, держит сына в неведении о страшном диагнозе — "Чего волновать впустую? Вдруг болезнь отступит", покупает ему витамины,  надеется, что энергетик вернет его к жизни, а мятные конфеты окажутся эффективнее морфия и стероидов.

Продолжение следует…

Эмилия Деменцова

Фото Екатерины Цветковой

08.04.2015 00:00

MUST SEE!

cache/resized/43789f3a47b6ca3c1539f0efc59748c4.jpg
Не успели закончить свою работу форумы в Москве, Прихоперье, Самаре, Санкт-Петербурге, Ярославле, а уже можно начинать ...
cache/resized/11b0a14f42d3ad3478c6d777f401c0a0.jpg
С 1 по 10 октября 2017 года Театральный центр СТД РФ "На Страстном" и Союз театральных деятелей России в ...
cache/resized/e13d8737fd6acb69eaa5c825af687fb2.jpg
 7 сентября 2017 г. московский «Театр Луны» под руководством Сергея Проханова откроет юбилейный, 25-й ...
cache/resized/c124bc7c633c644db9dc8f2f26797e7d.jpg
В августе театральная жизнь Москвы еще пребывает в затишье. Кто-то только ушел на отдых, у кого-то гастрольные ...
cache/resized/c11199f8ff0276ef6614715f4d9c0169.jpg
Ходят слухи, что "без театра мы все умрем". Дабы не дать любителям театра исчезнуть столь бесславно, музеи придумывают ...
3a9f6b4e
9c7ec26b
ca984335389adc3f