НАДЕЖДЫ МАЛЕНЬКИЙ ОРКЕСТРИК

«Моими глазами» в постановке режиссёра Дмитрия Сердюка на Малой сцене Театра Наций назвать спектаклем в строгом смысле этого слова нельзя. Он больше похож на чтецкий концерт, набор этюдов, литературно-музыкальную композицию. На почти пустой сцене полукругом лицом к зрителю рассаживаются актёры. В углу разместился небольшой оркестрик. Пианист Михаил Спасибо и скрипачка Полина Лундстрем специально к спектаклю написали композиции в минималистском стиле. Актёры театра песочного искусства «Пески времени» для каждого монолога создавали отдельные образы, пескография вместе с кадрами военной хроники по ходу спектакля транслируются на экране. Актёры, кто-то эмоциональнее, кто-то бесстрастнее, читают отрывки из дневников, военной прозы, письма с фронта и из гетто. Но любое определение формы здесь вторично. 

В общем-то, этих элементов в сопровождении негромкой музыки вполне достаточно для небанального разговора о человеческом лице войны, но срабатывает странный эффект театра: грамотно соединённые элементы превращают действо в сильное эмоциональное высказывание о выживших и тех, кого живыми делают сегодня только память и фотографии. Приподнято-романтично звучат воспоминания знаменитой балерины Большого театра Ольги Лепешинской в исполнении Марии Смольниковой. Для неё война измерилась стертыми пуантами и бесконечными досками, на которых были исполнены бесконечные балетные партии, её война – это не только страх, но и восторг искусства, особенно мощный на фоне искорёженных танков и людей. Глуховато-отстраненно будет вспоминать о том, как в блокаду, полумёртвыми от голода, вместе с мужем, спасали книги героиня Сати Спиваковой. Эмоциональные качели от ужаса и недоумения до простого счастья помыться мылом в горячей воде – по этой амплитуде выстроен текст и по ней же движется спектакль. 

В какой-то момент становится ясно, что сюжет у происходящего есть – «Моими глазами», действительно, движение человеческого глаза от мелких деталей к крупной общей картине. От монолога мальчика Вити (Юрий Нифонтов) до фигуры матери, прощающейся навсегда со своим сыном – знаменитое письмо Екатерины Витис, матери писателя Василия Гроссмана, с затаённой мощью и предельным, обманчивым спокойствием сыграет Наталья Тенякова. В нём очень много горького не столько о пресловутом «пятом пункте», и даже не о близкой смерти, а, в целом, о человеческой природе, удивительным образом соединяющей в себе крайнюю гнусность с христианским милосердием.

Глобальная история всегда состоит из частностей, и создатели спектакля задерживаются на них. Мелочи и отдельные судьбы придают объём и масштаб событию, война оказывается лиминальным состоянием, после которого те, кто выжил, становятся бесповоротно другими, навсегда ранеными нестираемыми воспоминаниями.

Давно стало общим местом говорить о безликом подвиге народа. В спектакле Дмитрия Сердюка о войне крупным планом проступают отдельные лица – тех, кто хотел жить, кто даже в этом состоянии находил поводы для радости и любви. Тот факт, что спектакль сделан молодыми людьми, уже свободными от единственно-правильной трактовки прошлого, избавляет его от привычного в таких случаях придыхания и ложного пафоса. Во всём происходящем ни капли надрыва, музыка и песочные картины, ослабляют напряжение, придают действию некоторую мягкость и совсем чуть – отстранённость – необходимое поле для размышлений и личной рефлексии. И проступает странная и вроде бы лишняя, в разговоре на тему Великой Отечественной, мысль.

Миф о войне, по самому свойству мифа, теряет индивидуальное, в нём не имеет значения личное, а именно на него и сделана ставка в спектакле. Каждый из героев выбирал делать то, что не мог не делать, и не всегда этот выбор вёл впрямую к военной победе, но всегда к торжеству жизни. Чаще всего – чужой. Ни одно из таких деяний нельзя романтизировать, потому что каждый раз это было чём-то сугубо вынужденным, на пределе человеческих сил. Ни одно из этих деяний никто из тех, кто совершал его, скорее всего, не хотел бы повторять. Романтизировать страдания – есть худшая память и благодарность от тех, ради кого герои их переносили. До тех пор, пока в памяти о войне будет работать только идеальная составляющая, изжить представление о святости войны и о том, что в ней нет грязи, а есть лишь бесконечный подвиг – будет невозможно. И человеческая жизнь, ради которой, на самом деле, не нужна никакая война, так никогда и не станет единственной ценностью.  

%d такие блоггеры, как: