АННА СОКОЛОВА О ДВУХ МОНОСПЕКТАКЛЯХ «GOOD DOG» VS «DE PROFUNDIS»

Фото с официальной страницы театра в фейсбук, «Good dog», Justin Amankwah

«Good dog», Arinze Kene (Аринс Кене, британский актер и драматург родом из Нигерии)
Режиссер Rachel Chant (Рэчел Чант), актер – Justin Amankwah (Джастин Аманква)

«De profundis», в роли Оскара Уальда – Paul Capsis (Пол Капсис)
Режиссер Dino Dimitriadis (Дино Димитриадис)

Я снова хочу рассказать о спектаклях в двух маленьких театриках, живущих по соседству с пабами. Оба они находятся в одном районе, Kings Cross, который давно снискал славу излюбленного места для развлечений, но в последние несколько лет постепенно становится сосредоточением культурной жизни. Здесь плотность театров выше, чем в любом месте Австралии, за исключением центра Мельбурна. Kings Cross Pub и The Old Fitzroy Hotel — места известные, почти культовые. Kings Cross theatre живет этажом выше самого паба, Red line production располагается в подвале под The Old Fitz. В удачные тихие вечера внутри театров не слышно шума, но когда народ гуляет вовсю, говор дополняет звуковую партитуру спектаклей.

На прошлой неделе мне повезло увидеть спектакль в каждом из них. Два монолога героев, предельно противоположных друг другу, срифмовались между собой.

«Good dog» – «Хороший пес» – рассказ темнокожего молодого человека из бедного района Лондона. Это быстрый монолог в ритме стоккато, построенный почти как музыкальная партитура, на смене ритма и глубины голоса. Не помню, чтобы я слышала на сцене такой сильный поставленный акцент – смесь английского языка с одним из африканских языков. Мне понадобилось время, чтобы привыкнуть к произношению и перестать мысленно синхронно переводить его английский на мой.

Сцены в Kings cross нет, пространство между двумя группами стульев для каждого спектакля строится заново. В этот раз – это конструкция из больших серых блоков-ступеней, и крупная заборная сетка вдоль одной из стен. Свет был резковат, перемены очень заметны, и почти не было музыки.

Justin Amankwah – молодой темнокожий актер, родом из Уганды. В последние два сезона он появлялся на сценах разных театров, один раз – в одной из главных ролей. По сути, он – восходящая звезда. Он очень подвижен, не слишком красив, но харизматичен и техничен, способен удержать внимание публики в двухчасовом моноспектакле.

«Good dog» – пьеса о потоке жизни в обществе, где ты – никто. Это рассказ, по стилю близкий к вербатиму. Отталкиваясь от памяти детства, от мысли, внушенной отцом, что если быть хорошим человеком, то жизнь осыплет тебя благодатью, Аманква плетет цепочку событий, в которой раз за разом этот постулат дает сбой. Унижение, презрение, и затем трагедия пересыпаны мелкими вкраплениями хорошего, но явно не в той пропорции, в которой было обещано.

В тексте совсем нет рефлексии. Есть смех, любовь, секс, планы на будущее. И есть человек, который живет на улице, всем знаком, всех подбадривает по поводу и без, но который не может заставить себя дойти до телефонной будки, чтобы позвонить дочери, номер которой он знает наизусть. И не дойдет.

Есть женщина, которая ждет мужа с ночной смены и пускает соседку стирать белье в своей машине, а потом понимает что это был предлог разбить ее семью. Есть тусовка вечно курящих грубых парней, есть группки вульгарных девиц. Есть ненавидимая всеми полиция и как следствие – беспорядки и пожары. Все эти картинки, мастерски описанные актером, легко всплывают перед глазами. Если удается попасть в ритм монолога, то два часа пролетают незаметно, но оставляют странный эффект. Отсутствие душевной реакции самого персонажа на события его жизни заставляют достраивать недостающее, не один день проживать судьбу одного из тоскливых бедных пригородов Лондона, в котором, кажется, совсем нет англичан.

Пол Капсис в роли Оскара Уайльда в спектакле «De profundis»

В противоположность «Хорошему псу», «De profundis» (что в буквальном переводе с латыни значит примерно «Из глубины тьмы, горя и страдания», это первые слова 130 библейского Псалма) – это два часа абсолютной рефлексии в пустом пространстве. Письмо Оскара Уайльда к своему любовнику, написанное им в тюрьме, где находился несколько месяцев. Текст его сильно сокращен.

На сцене все занавешено черным, на деревянном полу стоит маленький столик, неудобный стул, и большой подсвечник с двумя свечами, которые актер Пол Капсис (Paul Capsis) зажигает перед тем, как сесть и начать читать.

Насколько хорошо я представляю себе Оскара Уайльда, настолько точно актер подходит к роли. Капсис известен в Австралии, в основном, как певец и актер кабаре, но я видела только его театральные работы. Он красивый, яркий, харизматичный. Четкие черты лица и длинные густые черные волосы, обычно свободно спадающие, в спектакле небрежно убраны в узел. Уайльд – Капсис элегантен даже в тюрьме, даже одетый в бесформенные кофты поверх потертых штанов. Он сидит за столиком, читая письмо с листа, в очках, так что мягкий свет свечей и софитов, отраженный от стекол, добавляет странные линии на лбу и щеках. Все эмоции, вся драма письма отражается в голосе, позе, выражении лица.

Его Уайльд препарирует прошлое, не меняя отношение к нему, но пытаясь построить для себя систему, чтобы дать себе шанс выжить в тюрьме и сохранить себя самого. Несмотря на беспощадность определений, он не опускается до обид и оскорблений. Его слова создают картину абсолютной красоты без капли пошлости. И самый тяжкий приговор Бози – «отсутствие воображения». Многократно повторяющиеся слова «горе, страдание, любовь» («sorrow, suffering, love») не превратили письмо в мелодраму. Капсис играет человека, все знающего о себе, умного, ироничного, остроумного. Страдание для него – высокое искусство.

Во второй части письма, развивая мысль о боли и горе, он приходит к сравнению художников (то есть людей искусства – поэтов, писателей, актеров) и Христа. Это не разговор о религии, это аналогия в том смысле, что только художники и те, кто искренне страдал – избранные, понимающие красоту и истинность горя.

В голосе актера нет ни капли пафоса, когда он читает строки о Христе, который всегда оставался «абсолютно, глубоко, бескомпромиссно самим собой» (entirely and absolutely himself). И Уайльд Капсиса, подобно ему остается собой, даже в страдании способным быть элегантным и остроумным денди.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

%d такие блоггеры, как: