СЕРВАНТЕС СМЕЕТСЯ СКВОЗЬ ВЕКА

Фото ©Валерия Новокрещенова

Режиссер Новокуйбышевского Театра-студии «Грань» Денис Бокурадзе – неоднократный номинант Фестиваля «Золотая маска» и победитель Фестиваля театров малых городов России. Спектакль «Театр чудес», по его признанию, продолжение недавно поставленного «Корабля дураков».

Для своей постановки режиссер выбрал три интермедии Мигеля де Сервантеса – «Бдительный страж», «Судья по бракоразводным делам» и «Театр чудес». Бокурадзе использует стилистику площадного театра Возрождения в современном оформлении.

Режиссер вместе со сценографом Александром Денисовым выбрали для оформления монохром: в чёрной стене, установленной на чёрной сцене, зияют четыре дверных проёма и три маленьких окна. Вдоль стены стоят восемь чёрных табуретов. Художники по костюмам Елена Соловьёва и Алиса Якиманская поддержали цветовое решение: босые герои облачены в чёрные мешковатые комбинезоны. По мере развития сюжета они дополняются новыми деталями одежды. Это и безразмерные брюки на подтяжках, и фантазийные гибриды кителей и фраков, а иногда и воротники, напоминающие раздувшиеся капюшоны рептилий. Каждый такой ансамбль создаёт индивидуальный образ персонажа. Гигантский погон указывает на силовика, необъятные торчащие в стороны карманы – на казначея, медали сверху донизу кителя – на начальника, две болтающиеся на груди петли из грубой верёвки — на пожилую женщину… Детали одежды создают лишь настрой восприятия персонажа, остальное играют актёры.

Пожалуй, самое скромное в реквизите — малиновые платки, которые в руках актеров превращаются то в мулеты матадоров, то в шпаги. Это лишний раз подчеркивает, что действие происходит именно в Испании – родине корриды. Одежды смотрятся роскошно, хотя и являют собой ещё один пример минимализма.
Важнейшим элементом спектакля являются аутентичные маски и полумаски XVII века, придуманные Алисой Якиманской. Все они имеют индивидуальный неповторимый облик и изображают разные эмоции и свойства характера их владельца. Некоторые закрывают нижнюю часть лица, а другие скрывают верхнюю и щеки, переходя в причудливый головной убор, представляющий собой гибрид колпака и рога. Маски носят только второстепенные герои. Главные действующие персонажи каждой интермедии лица держат открытыми и играют ими, передавая через мимику всю гамму человеческих эмоций.

Первая интермедия рассказывает о борьбе увальня-пономаря (Данила Рассомахин) и нищего бравого вояки (Сергей Поздняков) за сердце обворожительной судомойки Кристины (Анна Гусарова). Герои стоически переносят превратности любви, декламируя стихи с высокого табурета, как в детстве, и комично перечисляя «великолепные» дары, преподнесенные ими Кристине. Письмо с вложением ста тысяч… желаний служит ей против вздохов, слез, рыданий и всяких необходимых демонстраций, к которым прибегают влюбленные, чтобы открыть свою страсть… Не обходится и без серенад – мы же в Испании.

Жизнерадостная судомойка, появляясь в окошке, точно огненное светило (рыжая копна волос, в безупречно поставленном художником Евгением Ганзбургом свете, больше похожа на ореол), выбирает себе жениха, основываясь на необъяснимой женской симпатии. Ее назойливый воздыхатель, разогнавший всех, кто осмеливался подойти к дому красавицы (не повезло даже ее хозяину), безоговорочно принимает поражение и проигрывает более удачливому сопернику — пономарю.

Вторая интермедия выносит на суд три бракоразводных процесса. К судье одна за другой приходят супружеские пары, прожившие не один десяток лет и порядком друг другу поднадоевшие. Актеры корчат такие рожицы, что слова не нужны (хоть текст и хочется разобрать на цитаты): оскал сварливой жены, циничная усмешка мужа-ловеласа, каменное лицо навеки обиженной жены… Смешная ругань сменяется грустным поводом – разводом некогда влюбленных пар. Над всей суетой под соул джаз тряпичной куклой в оконном проеме свисает судья (Георгий Иобадзе), уставший от человеческих глупых притязаний он ворочается и крутится в маленьком пространстве, выслушивая истории человеческих судеб (над спектаклем работал и хореограф Иван Естегнеев, и режиссёр по пантомиме Леонид Тимцуник). Остроумие и богатый жизненный опыт судьи спасает от краха все три пары.

Заключительная интермедия напоминает знаменитую сказку Андерсена «Новое платье короля»: два предприимчивых театральных деятеля Чанфалья (Сергей Поздняков) и Чиринос (Юлия Бокурадзе) профессионально дурят городскую знать, утверждая, что их представления могут увидеть лишь люди чести, рожденные в законном браке. И вот уже все представители местной власти, охваченные тщеславием и страхом собственного мнения, клянутся, что видят нечто чудесное. Величина грешков каждого равна открывающимся актерским способностям, знать уже самостоятельно придумывает Театр чудес, убегает от мифических тварей и создает полнейший хаос… впору продавать дополнительные билеты уже на это представление, а коварные обманщики подсчитывают барыши.

На протяжении всего спектакля на заднике через проем дверей периодически появляется персонаж, везущий тележку… площадного театра как символ бесконечно меняющейся жизни. Все мы актеры этого театра жизни.

Фотографии Валерии Новокрещеновой

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

%d такие блоггеры, как: