«ПРОТЕАТР» – В «КРУГЕ» ПЕРВОМ

«Протеатр» – трехдневный фестиваль особых театров, организованный Региональной общественной организацией социально-творческой реабилитации «Круг» при поддержке Центра им. Вс. Мейерхольда.

  Программка фестиваля прямо определяет «особенность» в данном контексте как участие лиц с инвалидностью. Инклюзивный, интегративный, социальный, арт-терапевтический…, – пока не до языковых тонкостей: который год фестиваль оказался под угрозой отмены из-за отсутствия средств на его проведение. И вновь положение спасли частные спонсоры, энтузиасты-организаторы и волонтеры. Что ж, пусть будут «особенные». Публика на открытии собралась под стать: кажется, людей «не в теме» в зале не было. Зато были профессионалы, которые либо сами стоят на сцене, либо помогают другим на нее встать. Или на худой конец, пишут и говорят об этом.

  Пять спектаклей, включая их обсуждение с создателями, три мастер-класса, один научно-практический семинар, – три полных дня с утра до вечера на разных языках, а иногда и невербально здесь говорили об инклюзии, точнее, буквально ее делали. Как заявила председатель оргкомитета «ПРОтеатра» и руководитель театральной студии «Круг» Наталья Попова, надо не включать людей с ОВЗ в культуру, а эту культуру, вместе с контекстом, создавать. Вместе. Продемонстрировать этот подход были призваны ее подопечные в постановке «Царь Салтан». Воплощённая идея возврата театра к его истокам, к архаике с ее коллективным героем и синтезом слова, жеста, музыки и пения выражает саму социальность искусства. Через особые, нерациональные, способы познания мира «коллективное тело» формирует и его символы. «Круг» заявляет возврат к таким глубинным пластам отправным пунктом своей работы и гордится тем, что актеры интуитивно это схватывают: «У них возникает особая эмоциональность, они делятся своими способами познания мира, чувствами. В «Круге» люди естественно существуют вместе, очень тесно, специально никого не «включаем».

  Быть вместе – уже чудо

  «Салтана» можно (и, наверное, нужно) воспринимать просто-наивно. Как ребенок, которому рассказывают сказку на ночь. Весь текст наглядно не представишь, да он, собственно, вдоль и поперёк знаком, так что условно-антропоморфные Лебедь и Комар не более чем элементы привычного ритуала, где ритм едва ли не важнее смысла. Сказка все равно в голове. Фольклорный хор и профессиональные музыканты, как бы обрамляя действие в центре, задавали рамки ритуала, а внутри него, достаточно свободно существовали драматические (точнее, в данном случае – до-драматические) актеры. Бабариха (Алексей Щербаков) шутила по-стендаповски на актуальные темы, и, чуть заигрываясь в современность, скатывалась, по словам руководителя интегрированного театра-студии «Круг 2» Андрея Афонина, в какой-то новогодний жанр.

  Критика справедлива, но она не отменяет главного достоинства этого действия: на актеров интересно смотреть, потому что им самим интересно это играть. И глядя на представительного царя Салтана, сложно было поверить, что мальчик Саша попал в «Круг» с глубоким аутизмом и всем набором соответствующих стереотипов, едва ли не ставивших крест на попытках взаимодействия. Сегодня он умеет отстаивать свою роль на занятиях и органично существовать в ней на сцене, каждый раз искренне удивляясь рассказам о заморских чудесах под незатейливо насвистываемую «Во саду ли в огороде». Кстати, сказочные чудеса-то сами собой из спектакля выпали, главным чудом осталось воссоединение семьи в конце. И возможность людям «быть вместе».

  Свой основной творческий ресурс, как называет Наталья Попова тело, актеры «Круга» выгодно вложили и во вторую постановку этого вечера – пластическую мистерию на основе мифа о Деметре и Персефоне. На сюжетный пунктир зрителю можно было и не отвлекаться: синкретизм зарождающегося танца уже завораживал. Традиционная греческая музыка и хор рождали образы, едва заронявшие в тела актеров первоначальный импульс, которые те тут же преобразовывали в собственные энергетические потоки, уникальные и единственно правильные  здесь и сейчас, импровизируя внутри заданной структуры – «поставленная» хореография в таком «ненормативном визуальном театре» вряд ли была бы возможна. Наталья своим актерам доверять не боится,  главное – чтобы они развивались, отказывались от стереотипов и изучали собственные возможности. Возвращая театр к архаичным корням, «Круг» в своей работе равняется на системы Ежи Гротовского и Эудженио Барбы, буквально проползая в тренингах путь эволюции, переформировывая и активизируя телесность. Иногда таким способом удается «исправить» сбоящие механизмы в теле – реабилитационная и эстетическая функции совмещаются.   

 Фламенко all inclusive

  В завершающей первый день фестиваля постановке «Bailo, luego existo» испанцев Company Danza Mobile вопрос о соотношении терапии и искусства явно решался в пользу последнего. «Я танцую, следовательно, я существую» – оттолкнувшись от Декарта, хореограф Хосе Галан в компании двух очаровательных спутниц отправился исследовать методы жизнетворчества в танце. То, что у одной из них синдром Дауна, отмечалось, конечно, сразу. Мимоходом. И тут же забывалось. Наличие у второй танцовщицы серьезных проблем со зрением не считывалось вовсе.  

  Артисты непринужденно уводили за собой в мир фламенко – черное и красное, без полутонов. Минимум традиционного реквизита:  кахоны, «хвостатая» юбка, шляпа, шаль, веер. Все остальное обеспечивала уже сама тема: я существую в танце. Под ритм, задаваемый ладонями и каблуками, со страстью, идущей из нутра,  Хосе, Сара и Райес то сольно, то в дуэте, то все вместе рассказывали в танце о себе. Крайне интересно было наблюдать при всей четкости и профессионализме движений за различиями в пластике. Да, у кого-то неизбежная улыбка шла впереди любого движения, а жесткость фламенкийского каркаса скруглялась характерной мягкотелостью. Но пресловутая аутентичность людей с синдромом Дауна хоть и выделяла танцовщицу среди коллег, не являлась благотворительным бонусом, из-за которого каждое движение человека должно сопровождаться овациями. В этой троице актеры были задействованы на равных, хлопать из вежливости просто бы не получилось.

  Испытать профессионализм исполнителей, а заодно и себя, представилась возможность на следующий день – в рамках мастер-класса «Фламенко и инклюзия». Разучивать шаги и ритмику фламенко, импровизировать с реквизитом, сосредотачиваясь на партнере и на актерской задаче, – те, кто не поленился утром в субботу добраться до Центра им. Мейерхольда, точно об этом не пожалели. Жаркая севильяна в пестрой компании, растопившая лед московской зимы, сменилась не менее ярким мастер-классом от индийского коллектива Ability Unlimited Foundation.

 Дервиши на колясках

  Вообще, явным плюсом организации «Протеатра» была возможность тесного знакомства с тем или иным коллективом и погружением в его метод. Так, зрители могли не только посмотреть спектакли, но и пообщаться с режиссерами на семинаре и попробовать свои силы на мастер-классах. В случае с театром на колясках из Дели, представившим очень необычную для России тематику и эстетику, знакомство с механизмами работы позволило приблизиться к пониманию «экзотичного» шоу. Метод Сайеда Салладина Паши — режиссера, хореографа, а для своих подопечных (среди которых артисты, передвигающиеся на колясках, неслышащие танцоры) — гуру – соединяет йогу, традиционные индийские храмовые танцы и музыкальные медитации. Этот синтез призван снять визуальные и физические блоки в исполнителе и вывести инклюзию на качественно новый культурный и профессиональный уровень.

  Глядя на дуэт, исполнявший традиционный индийский танец Бхарат-Натьям в шоу „Miracle On Wheels“, вопрос об иерархии в отношениях задавать не хотелось. Хотя по сюжету, гуру и пробудил парня без ног к жизни, показав ему движения и сложив пальцы в причудливые мудры, далее танцор на коляске удивлял уже своим мастерством. Традиционные удары пятками заменялись ударом колес об пол, сотрясая тело и давая работу позвоночнику, обычно малоподвижному в кресле. Коляска в этом театре в особом почете. Сайед Паша сам часто ей пользуется, чтобы опробовать элементы и проверить возможности переноса характерных танцевальных движений на колеса. В показанной хореографии использовались и протезы. и костыли, но коляска явно эстетически доминировала. Она могла быть колесницей Вишну, на ней размещались сразу несколько артистов, ее виртуозно задействовали в построении живых «пирамид»…  Для завораживающего  суфийского  танца на них закрепили обручи с белыми «юбками» дервишей. Выстраиваясь в разные фигуры в луче света, танцоры медитативным кружением погружали зрителя в транс, настраивая на эпическую волну.

  Перформанс „Miracle On Wheels“ не имеет ничего общего с инклюзивным танцем, в его, увы, до сих пор распространенной у нас форме,  когда человека в кресле катает по сцене здоровый артист, без какого-либо намека на партнерство. В Ability Unlimited Foundation именно особенность человека является отправной точкой для творчества, его не пытаются «исправить» или пожалеть. По словам руководителя театра, многие из его учеников, сами уже работают как хореографы, ассистенты режиссера.

  Верной дорогой?

  Должен ли инклюзивный театр идти «сверху», от общества или «снизу», от особых актеров, какая система «включения» людей с ОВЗ в культуру предпочтительнее – традиционная или демократическая, что из мультикультурного и стилистического разнообразия стоит взять на вооружение российским коллективам – эти и другие вопросы поднимались как в разговорах за кулисами, так и в форме докладов  на семинаре «Искусство. Терапия. Инклюзия». Большинство присутствовавших сошлись во мнении, что особый театр не должен пытаться копировать профессиональный, но, по словам арт-директора Центра им. Мейерхольда Елены Ковальской,  стоит изучать друг друга. Взаимный интерес должен институциализовываться и перерастать рамки социальных театральных проектов, безусловно, нужных и важных (в том числе, для обеспечения медийности темы), но недостаточных для глубокого погружения в мир друг друга.

  В этой связи важность международных встреч «Протеатра» сложно переоценить. То, что фестиваль организуется энтузиастами, не может не радовать. Но очевидно также, что люди должны получать зарплату за свой труд.  В случае с «Кругом» над «Протеатром» работают за идею. «Может, в этом какая-то свобода и есть», – задумывается Наталья Попова. Стирать грань между особыми и профессиональными театрами она не спешит: «У нас свой путь в культуру, и это ценно».

Фотографии К. Капунова, М. Гранкова, Ability Unlimited Foundation, Danza Mobile,
Интегрированная театральная студия ИТС «Круг»

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

%d такие блоггеры, как: